Добавьте к этому незаконное количество лент и очки на макушке, и она выглядит как одна из любимых фанаток сатаны.
Барби-гот без вычурного макияжа.
Ладья остается подвешенной в воздухе, как будто мир остановился.
Вот только это не так. И я могу наблюдать за интригующей сменой выражения ее лица от высокомерия до абсолютного ужаса.
Время, потраченное на полное расследование инцидента, того стоило. Я мог бы пойти совершенно другим путем — который включал бы насилие и заслуживающий освещения в прессе хаос. И хотя секундный эффект был бы приятным, но не продлился бы долго.
Пухлые розовые губы, слегка приоткрытые, обнажающие намек на идеально белые зубы. Розовые щеки и шея. Глаза такие ошеломленные, что мне интересно, видит ли она меня вообще.
В заключение, раунд — ей шах и мат.
— Эй? — я небрежно машу рукой перед ее лицом. — Ты все еще здесь, мышонок?
Она моргает один раз…
Два…
Я вижу точный момент, когда она переходит в режим атаки. Схоже с тем моментом, когда у нее хватило наглости ударить меня под моей собственной крышей. Единственная разница в том, что теперь она менее осторожна и, похоже, не рассматривает вариант дилетантского соблазнения.
Она сжимает кулак, но прежде, чем успевает ударить меня, я хватаю его в ладонь и без усилий отвожу в сторону.
— Не очень мудрый ход, не так ли? Мы оба знаем, что я сильнее и мог бы раздавить тебя, как ничтожное насекомое, если бы захотел, так что не заставляй меня выбирать.
Ее лицо искажается то ли болью, то ли яростью — не уверен, чем именно. Надеюсь, и тем, и другим.
Мне нравится наблюдать, как люди барахтаются в омуте своих бесхребетных эмоций, прежде чем они увянут и утонут.
По слухам, я не кто иной, как великолепный анархист со склонностью к садизму.
— Теперь мы поговорим на моих условиях, хорошо? — я отпускаю ее руку и только после этого замечаю, насколько мала эта рука. На самом деле, вся она такая, от крошечного носика до изящных черт лица. Не маленькая, но и не слишком высокая.
С таким ростом ей будет удобно в гробу.
Вот это да. Я снова это сделал.
Представлял мертвых людей. Если мне удастся стать свидетелем ее похорон, то мой голос будет отдан за то, чтобы ее глаза оставались открытыми.
Однако нежностью меня не обманешь. Несмотря на хрупкую внешность, у этой девушки чрезмерные наклонности и, как оказалось, яйца больше, чем у некоторых мужчин.
Маленькая мышка яростно жестикулирует, когда освобождается от моей хватки, ее щеки краснеют от безошибочного гнева. Одним из преимуществ моих гениальных нейронов является владение языками с самого раннего возраста.









