8
0Ну так вот, если ректор так отнесся к моему возвращению, то представь, как отреагирует нынешний владыка, явись я домой. Нет, я не хочу стать живой мишенью для властолюбцев. Сейчас, получив второй шанс, я хочу просто жить. К тому же ты наделила меня не только молодостью, но и жаждой жизни. Интересом, азартом. И я хочу начать все заново. – Тайрах улыбался так задорно и весело, что я не смогла сдержаться от ответной улыбки."
"– Что ж, теперь мне многое понятно, – скорее сама себе, чем ему, произнесла я. – А власть развращает. Тут я с тобой согласна. Иди ищи что хотел, и пойдем заниматься, мне просто не терпится освоить под твоим чутким руководством азы магии.
– Мне импонирует твой азарт, но я посмотрю, что ты скажешь после нескольких уроков. – Хитрый взгляд словно прошил насквозь.
Я же не собиралась сдаваться, вздернув подбородок.
– Не дождешься, так легко ты от меня не отделаешься, – твердо ответила мужчине.
Пока он искал нужную ему информацию, я углубилась в чтение гримуара. Сегодня он мне показывал забытые формулы соединения стихийной силы. Я внимательно читала, представляла, как выглядят плетения. Несколько раз ошиблась. Книга словно видела мои мысли, потому сразу же на странице появлялся разбор ошибок. Приходилось снова и снова пробовать выстраивать в голове плетения. Эх, жаль, в библиотеке нельзя магичить, а на полигон с собой книгу не возьмешь.
– Я готов, идем заниматься. Все, что хотел найти, отыскал. – На лице Тайраха светилась улыбка.
– Ты доволен поиском или найденным результатом? – решила уточнить на всякий случай.
– И тем, и другим, – охотно ответил он. Заметив мое любопытство, тут же пояснил: – Тот, кто меня убил – даэссэ Бартарэй, – так и не смог получить трон и власть. После моей смерти начались распри и междоусобица. А потом и двадцатилетняя война за корону. Даэссэ Бартарэй был убит в этой войне, а наследников с порченой кровью он не оставил. Потому власть досталась ассиэна Лигантушу. Хороший древний род. Первый Лигантуш был моим сыном-наследником. И я рад, что именно он смог получить корону владыки. Но это не отменяет моего нежелания возвращаться. За два века менталитет мог измениться, а власть, как известно, развращает.
– Хм, где-то я уже это имя слышала, – задумалась, а в следующую секунду получила легкий щелчок по носу.
– Это не имя, а род. Нельзя путать, могут посчитать смертельным оскорблением, – строго пояснил мужчина.
Наверняка мои глаза стали как блюдца. Ну и ну! Нашли из-за чего обижаться.
Объяснять дальше он не стал, просто предупредил помалкивать, если я чего-то не знаю, а потом наедине с ним спросить и получить ответы. Я закивала.
– А сейчас на полигон? – спросила и приложила руки к животу, так как желудок заурчал.
