8
0По нему мы получали сигналы бедствия. Шар сразу сканировал и определял степень опасности и истинность запроса. Только после этого мы открывали доступ существам из погибающих миров и даже целым народам. Причины гибели оказывались абсолютно разные: перенаселение, уход магии, энергетический разрыв атмосферы. Мы помогали всем. Но только до той поры, пока шар не потускнел. Это означало только одно: во избежание катастрофы перенаселения мы больше не сможем никого принять. А произошло это через две тысячи лет после нашего прихода на Хатар.
– Стесняюсь спросить, сколько же тебе лет? – осторожно выдохнула, ожидая ответа. Тайрах задорно подмигнул мне и ответил:
– Больше пяти тысяч.
– А ведешь себя сейчас как подросток, – удивилась я, во все глаза разглядывая мужчину.
– Ты просто не видела меня перед смертью – уставшего от жизни и от окружающей алчности. Чужое лицемерие заставляло меня закрыться в собственном коконе равнодушия и льда. Единственный, кто остался искренним рядом со мной, был Хатрат, мой незаменимый помощник. Нас убили в один день. Причем настолько изощренно, что мы и сами не поняли, как вообще погибли, – вздохнул мужчина. – Что касается моего теперешнего поведения, тут все просто. Подняв меня, ты, сама не сознавая, заложила в привязку частицу своей души, она у тебя молодая и задорная. Я словно вернулся в то время, когда мне было всего двадцать. Не поверишь, я и ощущаю себя на этот возраст.
Теперь многое стало понятно, кроме того, почему он не желает возвращаться обратно. Именно этот вопрос после небольшой паузы я и решила задать:
– Ты так и не сказал, что с возвращением к драконам? Я так понимаю, тебя убили из-за короны? Ты был их правителем?
– Да, только не правителем, а повелителем, и не только драконов, а всех существ Хатара. Я считал этот мир своим. Он мое детище. Но кому-то захотелось власти. Зная, что я бессмертен и меня нельзя убить, мой собственный правнук, рожденный от существа из нижних миров с такой же черной душой – и как я мог пропустить сей факт, до сих пор не понимаю, – отыскал древний рецепт зелья, способный умертвить даже демиурга. Его мне и подлили в вино. А мой верный дракон последовал за мной, так как мы оказались связаны, – пояснил собеседник.
– Что произошло дальше, ты не узнавал еще? Прошло двести лет. Многое могло измениться, – я непроизвольно взяла новообретенного брата за руку и сжала его ладонь в своей.
– Именно это и хочу узнать. Но, надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я не хочу возвращаться? Ты заметила, каким взглядом одарил меня нынешний ректор? Он испугался, что я стану претендовать на руководство академией, которую я же, будучи повелителем, сам создал и возглавил, поскольку больше некому было это сделать – магов в те времена было мало.
