Билет на ковер-вертолет

Господи! Как мне это надоело! Федор… деньги… Марина…

Из уст Розалии полился сначала сбивчивый, отрывистый, но потом вполне связный рассказ. Майя Леонидовна, которой пришлось слушать ее нервные излияния, лишь удивлялась тому, насколько справедлива фраза «чужая душа — потемки».

За внешне благополучным фасадом семьи Константиновых скрывалась беда. Так слой макияжа маскирует морщины и пигментные пятна, а смой «штукатурку» — и увидишь подлинное личико красавицы.

Федор Сергеевич был коллекционером.

«Эка напасть! — воскликнет сейчас большинство женщин. — Мой-то — горький пьяница (или наркоман), тянет все вон из дома, детские игрушки у метро продал, вот где горе! А тут коллекционер! Приличный человек».

Дорогие мои, вы просто не знаете, что иной собиратель намного хуже сидящего на игле наркомана. Вернее, он ему родной брат. В большинстве семей коллекционеров складывается абсолютно парадоксальная ситуация: есть нечего, дети голодные, одежда истрепалась, о хорошей мебели, ремонте, даче и машине нельзя даже и мечтать, потому что папа все деньги тратит на хобби. Зато кругом развешаны полотна стоимостью в десятки тысяч долларов.

Продав маленький холст, можно безбедно прожить год, а то и два, но снять его со стены и выставить на аукцион нельзя. Малыши пьют чай без сахара, никогда не видят фруктов, мама десятый год носит ситцевое платьице, а папа, радостно потирая руки, приносит новую акварель, приговаривая:

— Ничего, можно перловку месячишко-другой поесть. Зато глядите, какая красота! Между прочим, еще и отличное вложение капитала, через двадцать лет цена вещи возрастет во много раз.

Только есть и одеваться несчастной супруге и деткам надо сейчас, ну невозможно объяснить семилеткам:

— Вы ни мяса, ни рыбы, ни яблок не просите, папа коллекцию пополняет.

А потом, лет через ..дцать, наедитесь досыта!

Коллекционирование — страшная страсть, по мне, так легче иметь дело с алкоголиком или бесшабашным игроком в покер, чем жить около человека, собирающего раритеты.

Глава 18

Короче, в среде коллекционеров есть свои ненормальные. Константинов принадлежал к их числу, он собирал все: картины, часы, статуэтки, книги, даже мебель, отказаться ни от чего не мог. Нормальные собиратели, разыскивая нужный им позарез сервиз, спокойно проходят мимо мебели.

Не потому, что не знают ей цену, а потому, что она не входит в сферу их интересов. Коллекционер, ставящий на полки бесконечные фигурки собак, не польстится на изображение кошки. А собиратель, обожающий табакерки, будет равнодушен к портсигарам."

"Мир истинных собирателей, людей, готовых ради получения вожделенной вещицы продать душу дьяволу, узок. Почти все коллекционеры знакомы между собой или слышали о том, кто что собирает.