0
0Про женскую притягательность норвежки я у вас, кобелей, спрашивать не буду, сама со стороны гляну… — и, не обращая внимания на закашлявшегося вдруг супруга, Мария Федоровна продолжила: — Ваня, а как у этой Соньки складываются отношения с Алексеем?
— Принцесса явно симпатизирует Алексею Александровичу, государыня, а молодой человек — девушке, но…
— Продолжай!
— Александр Николаевич лучше скажет… — вздохнул колдун и покосился на цесаревича.
— Мнение сына мы знаем, — прикрикнула Мария Федоровна. — Нам интересно именно твое.
— Государь, государыня, — опять вздохнул Кузьмин, — вы же прекрасно знаете отношение Алексея ко всем этим заходам насчет свадьбы, для молодого человека это больная тема, вот и в этом случае… Но лично я уверен, что к норвежской принцессе Алексей испытывает больше, чем дружеские чувства, и эта симпатия со временем может перерасти во что-то большее.
Цесаревич повернулся к родителям на заднее сиденье и кивнул:
— Согласен с мнением Ивана Олеговича, да и Михаил Николаевич говорит примерно то же самое. Кроме того, у этой Сони отличные гены, все четыре стихии и способности знахарки в виде прекрасного бонуса.
— Про стихии — это точно? — с сомнением спросила Мария Федоровна. — А то знахарка, да еще и четыре стихии… Лешка вон тоже… знахарь, а со стихиями до сих пор толком разобраться не может.
— Мама, обижаешь, — улыбался Александр, — как только эта интересная со всех сторон Соня появилась в Монако, по ней тут же начали собирать информацию из всех доступных и не очень источников.
— Убедил, — покивала императрица. — Будем посмотреть… — Она подалась вперед и положила руку на плечо Кузьмину.
Кузьмин вцепился в руль и бросил косой взгляд в сторону цесаревича, с лица которого стала медленно сходить улыбка:
— Дружище, — Александр поднял руки в защитном жесте, — я ни при чем! Мама, кто проболтался? Виталька или Влад?"
"— Ни тот, ни другой, — Мария Федоровна была явно довольна произведенным эффектом, император тоже лучился довольством. — Вы что же это думаете, что у нас системы контроля нет, а вы самые умные? Но это все лирика.
Уже готового ответить колдуна властным жестом остановил цесаревич:
— Мама, этот аспект воспитания моей дочери Елизаветы находится в ведении моего сына Алексея, он и будет решать.
Мария Федоровна нахмурилась, а хмыкнувший император примирительно протянул:
— Уверен, дорогая, вы придете к удовлетворяющему всех компромиссу.
