Безмолвие Веры

Девушки, покинувшие комнату даже до кухни добираться не стали, перехватывали по пути коллег и пересказывали им последние новости.

Ринон не заставил себя ждать. Время было позднее, он намеревался принять ванну и отойти ко сну. Заметив Веру, он сильно удивился, оставаясь при этом спокойным внешне.

– Хочу помочь. Массаж. Снять усталость, – жестами торопливо пояснила Вера свое присутствие в комнате.

Ринон открыл рот, желая сказать, что столь поздно молодой девушке нечего делать в комнате мужчины, но внезапно осекся. Ему не хотелось, чтобы она уходила.

Нахмурив брови, он просто кивнул, чувствуя себя странно. Он поднял руку и прикоснулся пальцами к пуговицам на шее, только тогда он понял, что ему сейчас предстоит раздеться под взглядом Верайи.

– Кхм, – кашлянул он, отчего-то слегка смутившись. Он хотел попросить ее отвернуться, но подумал, что звучать это будет довольно глупо. Всё-таки он ведь не молодая девица, чего ему смущаться своей наготы.

Вера пристально следила за тем, как ее любимый человек оголяется. При этом она старалась сделать вид, что ничего необычного или постыдного не происходит."

"В какой-то момент она даже подошла и принялась деловито помогать, всеми силами изображая из себя человека, которого не нужно стесняться. Он ведь не смущается слуг, верно? Или лекарей?

На свои слегка подрагивающие пальца она старалась не обращать внимания, как и на желание прильнуть к мужу всем телом.

По мере того, как на муже оставалось все меньше одежды, взгляд Веры становился все более жадным, а дыхание прерывистым. Она благодарила богов, позволивших ей увидеть того, кому давно уже принадлежало ее сердце.

Когда на Риноне остались только штаны и ботинки, он хотел сесть на кровать, чтобы ему было удобнее раздеться до конца, но Вера остановила его. Встав перед ним, она медленно опустила на колени, давая понять, что хочет помочь.

Смотря сверху вниз, Ринон тяжело сглотнул. Его тело пылало, а разум слегка туманился. Он не знал, что задумала эта девчонка, но лучше бы ей не играть с огнем.

После того, как с ботинками было покончено, Вера подняла взгляд вверх. Ринон едва не отшатнулся от силы желания, которое охватило его разум. Он сжал кулаки так, что ногти впились в кожу, оставляя после себя полумесяцы.

Вера всеми силами старалась смотреть исключительно в глаза мужу. Она протянула руки, желая помочь и со штанами, но Ринон все-таки отошел на шаг назад.

– Я сам, – произнес он и закашлял. Его голос был грубым и низким. Он сглотнул, смачивая пересохшее горло. Дерзкая девчонка явно вознамерилась свести его с ума.

Она не стала настаивать. Медленно поднялась и направилась к ванне. Проверила температуру.

Услышав за спиной шорох, Вера застыла, будто ее заморозило.