4
0А тут уже власть сменилась и какие-то непонятные личности дом оккупировали.
Не успел я дойти до столовой и присесть за стол, как рысью прискакал Пантелей и поставил передо мной большую кружку кофе. Кивком его поблагодарив, я потянул носом божественный аромат свежеприготовленного напитка и сделал глоток. Ляпота! Даже мысли о странных оккупантах отошли на второй план. Сейчас ещё обеда дождусь и совсем хорошо станет.
К тому моменту, когда я успел выпить половину кружки, со стороны коридора послышался голос Ирины. Она вошла в столовую вместе с ещё одной горничной. Только эта была немного постарше — лет двадцати пяти. Но тоже довольно симпатичная и фигуристая. Брюнетка, кстати.
— И не забывай, что раскладывать нужно правильно! — на ходу выговаривала ей Ирина. — Иначе бельё либо моль поест, либо само отсыреет и сгниёт. Ой! Маркушко! Проснулся!
Заметив меня, ключница сразу же забыла про собеседницу. В два шага оказавшись рядом, она прижала к себе мою голову и на пару секунд замерла. Потом, видимо, сообразила, что мы тут не одни, а я, вроде как, целый боярин, и отстранилась.
— Ступай, занимайся делами, — велела она горничной и присела на соседний со мной стул. Но тут же встрепенулась и остановила девушку. — Подожди! Отправь человечка к Александру Сергеевичу. Пусть скажет, что боярин проснулся.
— Будет сделано! — кивнула горняшка и удалилась.
— А это кто такая? — поинтересовался я. — Да и вообще прислуги в доме много новой. Княгиня других людей прислала?
— Нет, — покачала головой Ирина. — Людишек княгини мы отослали. А это всё твои люди.
— Мои⁈ — удивился я. — Откуда⁈ Чёрт! Хоть спать не ложись. Словно на месяц уехал, затем вернулся, а тут такое…
— Ну, месяц не месяц, — с очень серьёзным видом произнесла ключница, — но три с половиной дня ты проспал.
— Сколько⁈ — аж подпрыгнул я. — С чего бы это вообще⁈ Что на этот раз случилось? И почему я так себя хорошо чувствую?
— Три с половиной, — повторила Ирина. — Но целительница, тебя осмотрев, сказала, что опасности нет. Просто спишь. А случилось что — я не знаю. Что-то с Перуном связано. Но точно мне никто не рассказывает. Не бабьи дела.
— О как! Перун, значит…
— Ох! — всплеснула руками женщина. — Ты же голодный наверно? Я сейчас распоряжусь, чтобы подали…
— Да я уже распорядился, сиди, — махнул я рукой, всё ещё думая об услышанном. — Кстати, а повар откуда?
— Так тоже твой, — пожала плечами Ирина. — Ты теперь боярин, Маркушко. Надо соответствовать!
И столько гордости было в её глазах, что я даже чуть-чуть испугался, как бы она ко мне своё отношение не поменяла. Глупое поклонение от близкого человека мне абсолютно ни к чему. Но присмотревшись, понял, что зря переживаю.
