Bella Mafia

– Вы совершаете большую ошибку, поверьте мне, – сказал он, – это вам так не пройдет.

Тереза обыскала карманы пиджака, открыла бумажник и достала оттуда сложенный белый конверт. Только взглянув на лицо Барзини, она поняла, что попала в точку. В конверте лежал чек на пятнадцать миллионов, но выписан он был на имя Барзини.

– Вы получите документы, когда обналичите этот чек. Вы нас водили в неплохой ресторан. Закажите там столик, скажем, на час дня, завтра. Чеки нам не нужны – исключительно наличные деньги! Взамен вы получите то, о чем мы с вами договорились. Если вы не придете… – Внезапно Тереза запнулась.

Что, если он и впрямь не придет? Обналичит свой банковский чек и смоется?

Грациелла встала с дивана и степенно подошла к Барзини:

– Если мы не получим деньги, то созовем на совещание коллег моего мужа и расскажем им, как вы с нами обошлись. Мы все им расскажем – понимаете? Вы жестоко ошибались, думая, что мы одиноки.

Когда они вышли из отеля, Лука уже открывал дверцу машины для Грациеллы.

По дороге домой женщины тараторили без умолку, обсуждая, кто что сказал и что сделал.

Лука внимательно слушал, а в квартире спросил Терезу, можно ли ему поговорить с ней наедине.

Они пошли в кабинет и закрыли дверь.

– Он и не думал вам платить, да?

– Похоже, что так. Банковский чек был выписан на его имя. Я думаю, он собирался обналичить чек и заплатить нам, но в итоге решил оставить его себе.

– Вы уверены? А что, если этот чек был платой за то, чтобы он от вас избавился? Вы вернулись ни с чем. Откуда вы знаете, что он и на этот раз не уклонится от сделки?

– А что мы еще могли сделать? Чек был выписан на его имя.

– Некоторые банки работают круглосуточно… Вам нельзя было оттуда уходить! Я же говорил, чтобы вы взяли меня с собой! Вы здорово влипли.

Неужели не понимаете, что теперь любую из вас могут убить?

Тереза почувствовала дрожь в коленках. Лука нагнулся ближе, но она отклонилась, увидев его белесые страшные глаза.

– Вы должны были взять меня. Его надо было припугнуть, ясно? Ну почему вы мне не доверяете? Я же спас вам жизнь, всем вам!

Тереза вцепилась в столешницу, пытаясь побороть охватившую ее слабость.

– А мы спасли твою, так что, я полагаю, мы квиты.

 – Она понимала: многое из того, что он сказал, верно, однако не желала выслушивать его упреки. С какой стати он будет ей указывать? Кажется, он хочет стать хозяином положения… – Ты получишь свою долю с пятнадцати миллионов, ты ее заработал. Но что потом? Я должна думать о своей дочери, о своей семье. Что будет дальше, Джонни? Мы будем жить под угрозой шантажа – этого нам следует ждать?

– София с вами говорила? – Тереза покачала головой, и он продолжил: – Тогда почему? Почему вы на меня ополчились? Не понимаю.