Беги, ведьмочка, беги

Как, откуда она взялась? Я так потерялась в своих ощущениях, что не заметила, как появился огромный черный жеребец.

Мгновение, и он оказывается в седле, позади меня. Я никогда не ездила на лошади, совершенно не умею держаться ни в седле, не знаю даже, куда деть свои руки. Так что схватилась за его руку, так крепко прижимающую меня к его груди. Черный жеребец, повинуясь его командам, бежит к загудевшему впереди порталу. К такому же самому, который он откроет для меня через два месяца. То, что он не растоптал меня, не причинил мне боль, дарило надежду, что я смогу пережить этих два месяца.

Ветер, хлестнувший лицо, едва мы выскочили из портала, вмиг ослепил меня, разметав по мужской груди мои волосы. Он так крепко прижимал меня к себе, что можно было совсем не беспокоиться, что не удержусь и сорвусь вниз, под копыта, яростно бежавшие по дороге.

Помню тот стыд, который овладел мной в то мгновение, когда далеко впереди я увидела несколько телег.

Одно дело было вести переговоры, когда кроме нас двоих вокруг больше не было ни души. И совсем другое дело было показаться почти обнаженной среди людей. Пусть даже совершенно мне не знакомых.

Я до боли прикусила губу и судорожно сжала свои руки. На всем скаку, ни на секунду не сбавляя скорость, мужчина пересаживает меня лицом к нему.

Я практически сижу у него на руках. Но так даже лучше. Пусть мое тело и будет выставлено на обозрение, но лицо свое я могу спрятать у него на груди.

Слезы стыда и обиды уже ручейками побежали по моим щекам, когда я услышала шелест, странный скрежет. Вскинула голову, повернувшись на звук, и встретилась с его невозмутимым взглядом. Из-за спины мужчины, чьего я даже имени не знала, раскрылись огромные перепончатые крылья. Этими крыльями он укрыл меня, словно плотным плащом."

"Губы сами растянулись в благодарной улыбке, заставив его бровь удивленно вскинуться. Он ведь обещал меня оберегать. Кажется, сегодня он еще не нарушил ни одного пункта договора. Спрятавшись в коконе из драконьих крыльев, я обняла его за торс руками и прижалась к его груди щекой. Под плотной курткой громко бухало мужское сердце, заглушая все звуки, с трудом доносившиеся из-за моего живого убежища.

А затем вдруг пропустило удар и мое сердечко, когда его ладонь пробралась через им же воздвигнутый барьер и легла мне на голову, перебирая локоны. Еще крепче прижав к его груди.

Все, Велма, будет хорошо, твердила я, как заклинание. И тогда, когда жеребец перешел на более медленный шаг. И когда рядом раздался мужской бас. Ни щелки не появилось в моем коконе. Он спрятал меня ото всех. И в этот момент я была рада даже такому проявлению заботы обо мне. А может, это всего лишь проявление его собственнического инстинкта. Да какая мне разница? Я же не замуж за него собираюсь.