1
0По окончании договора дарю тебе свободу и открываю портал в тот мир, который ты укажешь. Все верно?
— И позволяете ходить в лес, собирать травы.
— Это еще зачем? Может, еще питомца себе заведешь?
Ага, Вику. Вот обрадовался бы дракон! Я даже хихикнула.
— Без леса я не согласна.
— Хорошо, пусть будет лес. Но один раз в месяц.
— Хорошо, я согласна.
Мужчина взял меня за запястье, начертил на нем руну, затем такую же руну начертил на своей руке. Вспыхнул алый огонек, зашипел, повторяя рисунок сначала на одной руке, затем на руке мужчины. И потух, оставив после себя едва заметный рисунок.
Глава 14. Приснится же такое…
Договор подписан. И что дальше? Сижу, даже вздохнуть боюсь. Что я сделала? Спасла свою жизнь, или наоборот, погубила? Два месяца рабства! Да даже в самом страшном сне я такого исхода не предполагала.
Вдруг та рука, на которой всего мгновение назад потухла печать, легла мне на горло. Совсем не больно, но так по-хозяйски. Слегка сдавил и, не отпуская, уложил меня к себе на локоть.
На лице ни одна чешуйка не шелохнется, просто ледяное спокойствие. Прищуренные глаза, казалось, ждали. Чего же? Что сорвусь? Буду молить, скулить?
Сердечко билось так тревожно. Ослабил хватку и, услышав мой судорожный вздох, на лице его появилась первая эмоция. Губы дрогнули. Провел пальцем по трепещущей жилке на шее.
Опустил палец на губу, нажал, заставив приоткрыть рот и тут же отпустил. Губы вмиг пересохли и я быстро облизала их. Заметил. В черных глазах вспыхнула золотая искорка.
— Боишься?
Я только сглотнула, так ничего и не ответив.
Воздух вокруг вмиг накаляется до невозможности. Кажется, я даже начинаю ощущать разряды тока, которые простреливают, когда он обводит пальцами мое лицо, ведет вниз, мгновение задерживается на животе. Вижу, как затрепетали хищные ноздри. Расслабленно, легко ведет по моему телу, а сам напряжен, как перед броском. Даже не сомневаюсь, что несмотря на мягкость прикосновений, он готов ломать меня, если ослушаюсь. Если дернусь. Отстранюсь. Но я не посмею. Я подписала договор. Собрать все чувства в укромном местечке и спрятать. Спрятать надежно, на долгие два месяца.
Он может коснуться меня где угодно. Но останавливается. Лишь наклонившись, приник к губам и на мгновение его язык дотронулся, словно ужалил, к моему языку.
А затем, прикрыв глаза, щекой прислонился к моей и потерся о нее. Такое необычное ощущение, когда о тебя трутся чешуйки. Шумно выдохнул прямо мне в ухо, будто конь фыркнул. Жуткое, до дрожи чувство, когда ждешь прикосновения, и не дождалась.
Он резко встал, подхватив меня на руки. Молча, ничего больше не говоря, сделал шаг и … подбросил меня. От неожиданности я взвизгнула, очутившись вдруг на лошади.
