1
0Обернувшись, он посмотрел на своих родных.
— Приветствуем тебя, повелитель, — одновременно, склонив головы, произнесли они.
— Приветствую Вас, повелитель, — присев в глубоком реверансе, пролопотала Ирис.
Но, видно, так разволновалась, что встать не смогла. Ее худенькое тело сотрясала крупная дрожь.
Олих сделал шаг к ней и помог ей подняться, взяв ее за локоть. Да так и не отпускал ее, пока давал распоряжения по поводу похорон отца, приглашая советников на совещание, принимая поздравления от подданных. И лишь когда торжественная часть закончилась, вновь посмотрел на Ирис.
— А сейчас нам с сестрой нужно поговорить, — чеканя каждое слово, произнес он.
Он повел сестру к выходу в сад, приноравливаясь к ее мелкому шагу.
— Может, нам стоит пойти за ними? — тихо спросил Бастиан.
— Не стоит, — перебил его Урлас. — Брат уже принял решение и не изменит его.
Над выставленной вперед ладонью Урласа клубился туман, показывая лишь ему понятные картинки.
А запертая в покоях Олиха, Велма делала расклад на своих картах. Трепещущее сердечко мешало ей сосредоточиться, а слезы, застилавшие глаза, не давали рассмотреть выпадавшие из колоды картинки. Но вот, не переставая тасовать и раскладывать карты, сквозь пелену слез вдруг проступили силуэты. Причем не просто силуэты. Они двигались.
Она глубоко вдохнула, медленно выдохнула. Она совершенно четко увидела девочку, а над ней, со сжатыми кулаками, нависал мужчина. И хоть она не видела его лица, сомнений у Велмы не возникло. Это Олих собирается наказать из-за нее свою сестру. И как после этого смирятся с ее существованием Бастиан, Кейден? Да и для девчонки это будет слишком жестокое наказание.
Она вскочила и рывком открыла двери. Стражник при ее появлении вскинулся, но повинуясь волне, выпорхнувшей из ее руки, замер, так и не произнеся ни слова. Беспрестанно тасуя стопку карт, Велма шла туда, куда вели ее они. С каждым шагом ускоряясь, вскоре она уже бежала по песчаным дорожкам сада.
— Велма! — позвал ее Урлас, увидевший ее из окна. — Велма, стой!
Но она его проигнорировала, быстро оббежала его, избежав его рук, когда он выскочил из открывшегося портала.
Выскочив на поляну, окруженную со всех сторон деревьями и густой порослью, как в тумане она увидела Олиха.
— Не смей! — кричала она, когда неслась ему навстречу. — Не смей бить ребенка!
Она была всего лишь в нескольких шагах от него, готовая броситься на мужчину с кулаками, когда споткнулась о бугорок и полетела вперед головой.
Но мужчина ловко перехватил ее возле самой земли, поднял и прижал ее к себе, крепко держа на весу.
— Ты как, женщина, смеешь приказывать Повелителю? — смеясь, прошептал он ей на ухо.
— Не смей ее бить! Она же еще ребенок!
— Чертовски наглый и беспардонный ребенок.
