В эти моменты сердце полнилось радостью: Киара жива и продолжает свой путь.
Мо’Кир тоже ушёл, через несколько дней после анаконды. Он о чём-то долго беседовал с Лёшкой, после скупо попрощавшись со мной, исчез в предрассветных джунглях. Его сородичи остались охранять горожан, среди этих горилл не было одарённых.
Мама, дедушка и Алексей старались отвлечь меня, вовлекая в повседневные дела. Я помогала гнаркам обустраивать новые поля, вместе с Кхэли исследовала древние тексты во дворце, обучала детей стрельбе из лука.
Примерно раз в неделю я получала видения от Киары, словно кадры из фильма, мимолётные, но яркие.
За этими тревогами я едва не пропустила интересное событие – прибытие в Нгосини братьев Старовойтовых.
– Как вы здесь устроились? Впрочем, вижу, весьма неплохо, – заметил Антон, пожимая мне руку.
Молодые люди, оказывается, неплохо устроились в небольшом городке к северу от Нгосини: там они организовали мастерскую по созданию земных инструментов, ставших пользоваться неплохим спросом. А вот Глеб и ещё один бывший подпевала Игоря Викторовича погибли.
Антон предложил свои услуги инженера городу, и мы с радостью согласилась.
Время шло, и связь с Киарой становилась всё слабее. Весточки от моей анаконды приходили реже и были короче, словно она отдалялась всё дальше от Нгосини. Последнее, что я видела: её битву с огромной огненной саламандрой в вулканической долине…
Одним из важнейших проектов, которым мы вскоре занялись, стала подготовка к отправке первого торгового каравана в Эль'Тарис, город эльдоров. Я приняла активное участие в этом непростом, но интересном мероприятии: помогала отбирать иномирные артефакты, безопасные для торговли, создавала с гнарками уникальные изделия, сочетающие земные технологии и местные материалы.
На двадцатый день вернулся Мо’Кир. И тут же опустился на одно колено перед Алексеем. Лёша положил руку на голову гориллы, и их фигуры озарило сияние. Так, у нас в Нгосини, появился ещё один всадник. Что не могло не обрадовать горожан.









