Арвары. Книга 2. Магический кристалл

— Наследник мне солгал?

Путивой же оперся на посох и тяжело вздохнул.

— Эх, лета младые!… Да не солгал, Великий Князь, а сам обманут старцами. Они ведь что творят? Отрокам, таким, как княжич, велят во поле лечь одним ухом к земле, а другим к небу и внимать. А потом пытают — что слышал ты, иль ты? Кто же не внемлет, бьют розгой по ушам, еще перстом потычут и вдругорядь заставляют, де-мол, глухой. Лежат они, лежат, кто день, кто ночь иль более того, у иных так кровь из ушей закаплет, а у иных ручьем… Вот мнится тем юнцам, как будто голоса звенят. А звон сей не с небес — из уха.

— Подобный звон я тоже слышу, — согласился Белояр. — Иной раз — чу! Вроде б глас иль смех какой!… Ан, нет, то птица прозвенит, то ветер свищет…

— Вот так же твой наследник, Великий Князь. По молодости ему слышатся лишь голоса девичьи.

— Откуда же он узнал про боярина Свиряту? — спохватился государь. — Шести годов уехал к светлогорам, вчера явился… А про то, куда боярин послан, мы ведаем вдвоем, Путивой. Знать, ты сказал ему? Закон насторожился.

— Не говорил!.. Должно быть, ты, Великий Князь, обмолвился случайно.

— Да речи не бывало ни о Свиряте, ни о том, где ныне он… Чудно мне, волхв. А может, ты солгал, и Кладовест сущ над нами?

— Досужий вымысел юнцов!

— И все одно, пойди на пристань и узнай, какой корабль ищет причала и откуда. Ну, а когда причалит, посмотри, кто же приплыл на нем.

Похоже, Закон того и ждал.

— Добро, Великий Князь."

"Покинув государев дворец, Путивой взял с собой стрельцов храмовой стражи и в тот час направился к пристани, где уже было людно. Руины стены, занявшие четверть площади, ничуть не мешали ярмарке, поскольку бойкие купеческие приказчики развернули прилавки с товаром прямо на развалинах, таким образом возвысившись над другими и тем самым привлекая к себе внимание.

Мало того, рынок даже увеличился, ибо теперь ничто не сдерживало, и торговые ряды, будто вода через каменный речной порог, перекатились к причалу, и стало проще подавать . меры, мешки и тюки с кораблей. Одни мытники сбивались с ног, не успевая теперь взимать таможенную пошлину при разгрузке товара и одновременно следить за торговлей, чтоб в тот час взять налог, как только этот товар продан.

Если бы башня не обрушилась, то с ее высоты Закон озрел бы всю излучину залива и затон, в которых каждый корабль был бы как на ладони; теперь же Путивою пришлось с помощью стрельцов карабкаться на каменный вал, однако и оттуда перед взором встал лишь лес мачт, за которым скрывалось море, а ничего более высокого поблизости не оказалось. Тогда он отыскал начальника — главу чальных мытарей, взимающих налог за чало, и велел ему узнать, есть ли в море корабль, ищущий места у пристани.