8
0– Все! Покоя нет!
Я подняла Фису, затем помогла встать на ноги Лори.
– Сейчас подмету пол, – простонала домработница.
– Не стоит беспокоиться, – сказала я, – Мафи последние крошки долизывает. Иди, умойся и больше не делай крендель, он слишком опасен, еще ногу сломаешь.
– Опять не смогла поступить как хорошая мадщен, – захныкала Анфиса, – стараюсь изо всех сил и ни фига не получается.
– Ты прекрасная домработница, – незаслуженно похвалила я Фису, – лучшей мне не надо.
– Зоя Игнатьевна так не считает, – заплакала Анфиса, – она меня только что сто раз дурой назвала и казнить хотела.
– Дура! – опять подал голос Гектор, сидевший на буфете.
Зоя Игнатьевна взяла чашку.
– Я не употребляю подобных слов.
– Это Гектор, – засмеялась Лори, – он так научился прикидываться мамой, что озноб пробирает.
– Сама коза! – на сей раз тоном Игоря произнес ворон.
– Во дает! – восхитился Петр Андреевич. – Помнится, мой дед, великий актер императорского театра…
Мне категорически не хотелось выслушивать очередную байку буйного фантазера, поэтому я без особых церемоний перебила актера:
– Зоя Игнатьевна, подтвердите, что Анфиса прекрасная горничная.
Бабушка Феликса прочистила горло.
– В связи с создавшейся ситуацией у меня есть одно замечание. При подаче кекса следовало использовать салфетку не белого цвета, а экрю. В остальном претензий нет. Изучая мой гениальный учебник, Анфиса делает прогресс в своем развитии. Слава богу, сейчас у нас все стало как у правильно воспитанных людей.
Я окинула взглядом разорванный подол платья, купленного Фисой в секс-шопе, осколки чашки на полу, радостно улыбающихся мопсов, облизывающуюся Мафи, Афину, которая от волнения устроилась писать у буфета, посмотрела на эрзац-папеньку, решившего жениться на бабушке моего жениха, вспомнила, что мне предстоит участвовать в парном бракосочетании, и кивнула. Да, да, у нас все, как у всех! Именно так и никак иначе воспитанные люди проводят тихие семейные вечера.
Глава 26
В столовой на мгновение воцарилась тишина, потом послышались шаги. В комнату вошел Феликс и сразу испугался.
– Что-то случилось?
Петр Андреевич встал.
– Пользуясь случаем, что семья в полом сборе, разрешите попросить руки Зои Игнатьевны.
Бабушка Маневина картинно прижала к груди ладони и изобразила изумление.
– Ах! Как неожиданно! Я сконфужена! Хо-хо-хо!
– Дорогая, ответьте «да», – попросил «папенька».
– Боже, я вся в волнении, – кривлялась Зоя Игнатьевна, – не знаю, как реагировать, смущена.
Бухтин молча смотрел на невесту.
– Дорогой, ты ничего не забыл? – свистящим шепотом спросила его престарелая возлюбленная.
– Вроде нет, – озадачился жених, – сделал все, как ты, моя любовь, велела.
– Кольцо, – подсказала невеста.
