Аполлон на миллион

Почему бандиты убили девочку и Прохора, а Сергея просто оглушили? Понимаю, сестре будет очень тяжело узнать правду, но ведь Сергей Степанов на свободе, может связаться с ней. А вдова, несмотря ни на что, верит в невиновность брата.

– Ага, и в честности сына не сомневается, – сердито буркнул полковник. – Хоть что ей доказывай, Прохор для нее будет прекрасным человеком, и все. Даже сообщение о том, что похищение – обман, не изменило отношения матери к сыну. Она его считает жертвой хищницы Маргариты. Откровенно беседовать со старушкой надо в присутствии врача, ей может стать плохо. Хотя… Ермакова опять не поверит, решит, что снова полиция на ее Сережу клевещет.

– Что же произошло в заброшенной церкви? – вздохнула я.

Дегтярев начал злиться.

– Точно не известно. Но, думаю, дело было так. Люба привезла деньги, положила мешок, куда велели. Тут Сергей появился из укрытия и убил девочку. Прохор же приехал раньше дочери и где-то спрятался. Судя по всему, прибытия Степанова он не заметил. Стоял на улице у здания и ожидал ее. Дочка все не шла, Прохор решил посмотреть, почему она задерживается, а внутри его поджидал дядя с шокером. Степанов взял рюкзак и уехал. Небось думал, что трупы долго не найдут. Но их обнаружили быстро. В деревеньку приехали представители строительного треста, они искали место под новый коттеджный поселок, шли мимо церкви, заглянули в нее…

– Об этом в деле нет упоминания, – удивилась я.

– Есть, ты невнимательно читала… – отмахнулся Александр Михайлович. – Эй! Тебе что, документы показали? Кто? Впрочем, я знаю ответ на этот вопрос. Ну она у меня получит! Ну, я ей задам!

– Раечка тут ни при чем, – быстро сказала я, – мне помогал хакер.

– Ага, так я тебе и поверил. Без Раисы здесь не обошлось, – шипел Дегтярев.

– Дай честное слово, что не станешь ругать мою подругу! – воскликнула я. – И тогда я укажу на косяк, допущенный твоим сотрудником. Из-за него вы не поняли, что похищение инсценировка. Я знаю, к кому попали деньги. Вероятно, этот человек наведет нас на след Сергея. Ну? Договорились?

– Ладно, – буркнул полковник, – говори.

Я начала объяснять.

– На флешке Прохор запечатлен с лицом в грязи и дырками во рту. Странно, что нет синяка. Ведь если тебя бьют кулаком по челюсти, да еще так сильно, что имплантаты ломают, кровоподтек должен остаться. Но эксперт на это внимания не обратил.

– Случается, что бланша нет, – защитил патологоанатома Дегтярев, – редко, но бывает. Может, у него зубы хрупкие были, много сил не понадобилось.

– Хорошо, – кивнула я.