Аполлон на миллион

А Сережа воскликнул: «Надя, я ни в чем не виноват! Не волнуйся, мы еще сможем обняться. Попроси Прохора съездить ко мне домой, убрать там надо, пусть в подвале банки с заготовками посмотрит. Вдруг какие-то взорвались? Тогда их выбросить надо, а нормальные пусть себе заберет». Вернулась я домой. Алексей Константинович на службе, а Проша в прихожей куда-то собирается. Я не выдержала, заплакала, рассказала, что Сережу видела, попросила отцу об этом не говорить. И только тогда удивилась: «Представляешь, Прошенька, мой несчастный оболганный брат просил тебя съездить в его дом, порядок там навести, запасы в подполе прошерстить. С чего ему в голову такая идея пришла? Вы ведь не знакомы даже. Завтра я поеду». А сын возразил: «Нет, мама, ни в коем случае, я сам. Сергей про меня потому и вспомнил, что не хотел тебя утруждать тяжелой работой». И умчался. На следующий день он мне потихонечку, чтобы отец не узнал, шепнул: «Если еще раз на свидание к дяде пойдешь, успокой его. В избе я навел порядок, банки целехоньки, я все запер-закрыл». И отдал мне четыре баллона с огурчиками.

Я молча слушала Ермакову. Воистину любовь слепа! Заготовки парень купил у какой-нибудь старушки, а Сергей заботился не о консервах – где-то в доме или на участке были спрятаны украденные в обменниках деньги. Прохор их куда-то переложил. Хотя нет, милиция небось к тому времени уже перелопатила весь дом арестованного. Фраза про банки являлась паролем, Прохор знал, где дядя заховал казну, по его приказу убедился, что все цело, а после вынесения приговора стал тратить награбленное. Полагаю, он делал это без разрешения родственничка, решив, что тот никогда не увидит свободы, уж очень большой срок ему дали. Сейчас проверю свою догадку.

– Скажите, Прохор жил за ваш счет?

– Нет, – заверила пожилая дама, – сын со студенческих лет работал в разных местах.

– Мы не нашли никаких документов, подтверждающих, что Прохор состоял на службе, – вмешался Александр Михайлович. – Можете сказать, где он трудился?

Ермакова замялась.

– Нет, простите, не могу, не знаю. А насчет бумаг… вы же понимаете, как это делается… дают зарплату в конверте. Проша не просил у нас с отцом денег, одевался-обувался на свои, содержал Риту, Любочку.

– У нас другие сведения, – возразил Дегтярев. – Прохор не давал жене денег. Маргарита объяснила, что одна тянула семью. Муж ей говорил, что дорогую одежду и все остальное ему покупает мать."

"– Невестка лжет! – заорала Надежда Васильевна. – Ну… она, наверное, до сих пор обижена на мужа, да и на меня тоже. Ей-богу, не пойму, за что Алексей Константинович полюбил Риту и Любу? Мой супруг заботился о внучке, настоял на свадьбе… Проша хороший человек, но, как все мужчины, страшился похода в загс.