Далекие странники (перевод новеллы)

Таким образом, Чжоу Цзышу «никогда не ел свинины, но часто видел пробегающих мимо поросят».[92] Жизненный опыт подсказывал ему, что на свете нет вещества, способного вызвать столь длительные и реалистичные галлюцинации.

Вэнь Кэсин согласно кивнул:

— Видимо, кто-то использовал технику Цимэнь Дуньцзя,[93] чтобы заманить нас в ловушку. Знаешь, что это такое?

— Что-то о звёздах, стволах кругов земных и небесных и восьми вратах? — спокойно уточнил Чжоу Цзышу.

— Меня поражает твоя осведомлённость, ничем тебя не удивишь…

Чжоу Цзышу поспешил опровергнуть своё всезнание:

— Нет-нет. Упомянутые термины — единственное, что мне известно о космических расчётах.

Сил идти дальше не осталось, и он опустился на землю, прислонившись к шероховатой стене. Потревоженная движением рана отдалась резкой болью. Чжоу Цзышу слегка поморщился, раздражённый тем, что позволил безмозглому псу подрать себя, как бродячего кота. Надо же было дожить до такого позора!

Вэнь Кэсин испытал удовлетворение от своего интеллектуального превосходства: по крайней мере, он знал терминологию Цимэнь Дуньцзя не в пример подробнее. Однако почти сразу он осознал, с кем соревнуется: с человеком, который продался за лян серебра! Самодовольство как ветром сдуло. Подавленный, он сел рядом с Чжоу Цзышу, бросил взгляд в сторону его истерзанного плеча и с ноткой злорадства пожурил раненого:

— Поделом тебе! Нечего было обниматься с монстром, как с красоткой. Ха!

Не реагируя на насмешку, Чжоу Цзышу смежил веки в намерении хорошенько отдохнуть.

Его спутник тихо встал, отошёл куда-то и вернулся через пару минут. Чжоу Цзышу почувствовал на своём плече холод и в беспокойстве открыл глаза — его рану очищали влажным носовым платком. Рефлекторно Чжоу Цзышу попытался уклониться от прикосновений, но Вэнь Кэсин удержал его:

— Не дёргайся.

Чжоу Цзышу посетила тревожная догадка:

— Откуда вода?

— Из реки, — ответил Вэнь Кэсин и, немного подумав, добавил: — Она проточная, чистая."

"У Чжоу Цзышу волосы на теле встали дыбом. Он знал, что эту воду можно пить, не говоря уже о том, чтобы обработать рану. Но воспоминание о тварях, обитающих в «Жёлтом источнике», пустило вдоль спины волну мурашек.

Излишне глазастый Вэнь Кэсин заметил его брезгливость и не отказал себе в удовольствии отпустить ехидное замечание:

— С лицом прокажённого ты выглядишь ненамного симпатичнее тех рыбёшек. Думаю, ты не вправе испытывать к ним отвращение. Давай, не веди себя как нежная девица, сиди спокойно!

Чжоу Цзышу понимал, что Вэнь Кэсин прав. Но не мог перестать сверлить мокрую тряпицу неприязненным взглядом. Вдруг его обоняние уловило тонкий аромат цветов груши. Продолжая рассматривать платок уже с бóльшим любопытством, он заметил в уголке изысканно вышитую орхидею.