3
0Парочка внутри воодушевлённо пошла на второй заход, давая Вэнь Кэсину достаточно времени для непристойных фантазий.
После нескольких секунд пристального рассматривания Вэнь Кэсину надоело сдерживаться. Он протянул руку и положил её на талию Чжоу Цзышу. Тот обернулся, окинул его недовольным взглядом и вопросительно вскинул бровь.
Вэнь Кэсин с совершенно бесхитростной улыбкой приложил палец к губам, призывая хранить молчание. Чжоу Цзышу на это закатил глаза и подумал, что из-за постоянных поддразниваний стал слишком чувствительным к подобным выходкам. Ну притронулся к нему Вэнь Кэсин, что с того? В конце концов, Чжоу Цзышу сам был мужчиной, и можно было поспорить, кто кого использует. Рассудив так, он великодушно опустил веки.
Не встретив возражений по поводу неуместных прикосновений, Вэнь Кэсин, продолжая изображать невинность, медленно вёл руку ниже, изучая изгибы чужого тела. В голове оглушительно билась мысль, что стройная фигура Чжоу Цзышу создана для трепетных ласк. Следом воображение подбросило ещё более волнующий образ: Вэнь Кэсин представил, как смыкает ладони вокруг тонкой талии обнажённого Чжоу Цзышу…
Увлечённость Вэнь Кэсина нельзя было не заметить. Не желая уступать, Чжоу Цзышу дождался протяжного исступленного женского крика из комнаты и отомстил, хорошенько сжав зад своего спутника. Затем он не спеша поднял руку, потёр пальцы, слегка подул на них, словно остужая, искоса посмотрел из-под ресниц и улыбнулся краешком губ.
Зрачки Вэнь Кэсина заполонил угольный мрак. Он притянул Чжоу Цзышу в свои объятия прежде, чем лёгкая улыбка успела исчезнуть, и припал к его губам в пылком поцелуе. Их уста и языки сплелись, но место и время накладывали ограничения: оба боялись сделать лишнее движение и не осмеливались издать ни звука, чтобы не выдать своего присутствия.
Самый первый поцелуй Вэнь Кэсина застиг Чжоу Цзышу врасплох, он не успел тогда среагировать. Во второй раз Чжоу Цзышу был ранен и чувствовал себя паршиво. Сейчас они наконец оказались на равных.
Один в прошлом был исключительным повесой, водил знакомства с бесчисленным множеством цветочных королев мужского пола и считал своим долгом посетить каждый весенний дом под небесами. Второй, живя в столице, никоим образом не был чужд падению нравов и распутным развлечениям, свойственным его социальному кругу. Короче говоря, оба не были новичками в плотских утехах. И когда дело дошло до поцелуя, ветер с востока ни в чём не уступал ветру западному.[382]
Время отбивало свой ход грохотом пульса в висках и рваными вдохами. Кипение страстей в комнате пошло на убыль, когда людям снаружи перестало хватать кислорода и загнанно дышащий Вэнь Кэсин отстранился от такого же задыхающегося Чжоу Цзышу.
