3
0Тот надолго замолчал, а затем опустил глаза и еле слышно проронил:
— Он сказал… Он умирает…
— Что? — непонимающе вытаращилась Гу Сян. — Кто умирает?
— Чжоу Сюй.
Вэнь Кэсин прервался, либо давая себе возможность совладать с эмоциями, либо ожидая, когда Гу Сян осознает услышанное. А затем зашагал вперёд и продолжил обыденным тоном:
— Я знал, что он нездоров, но не думал, что проблема серьёзная. Он так резво прыгал, будто это сущий пустяк! А сегодня выяснилось, что его травмы неизлечимы, и жить ему осталось всего ничего. Услышав это, я убедился в том, кто он такой… Ха! Догадайся я с самого начала, ни за что не увязался бы за ним!
Гу Сян широко распахнула глаза. Казалось, ей было трудно осмыслить новости. После долгого молчания она спросила, запинаясь:
— Вы про Ч-чжоу Сюя?
— Да, — почти шёпотом подтвердил Вэнь Кэсин. — У меня мелькало подозрение, что он из Тяньчуана, но я отмёл этот вариант как невозможный. Тяньчуан нельзя покинуть, не получив гвозди «семи отверстий на три осени»! Это наказание лишает боевых навыков и всех шести чувств. Человек становится пустоголовым калекой, который хранит секреты лучше мертвеца. Наблюдая за Чжоу Сюем, я был уверен — вбив в себя все гвозди, невозможно двигаться так свободно… Сегодня кое-кто помог мне понять, что Чжоу Сюй использовал особый метод, ослабляющий действие гвоздей. Однако он всё равно умрёт в ближайшие два-три года.
Ошеломлённая Гу Сян слушала, едва осмеливаясь дышать.
— Господин… Откуда вы столько знаете?"
"— Я? —странно усмехнулся Вэнь Кэсин. — Дожил бы я до сегодняшнего дня, если бы не знал больше, чем следует?
Гу Сян немного помялась и неуверенно продолжила:
— Значит ли это… что Чжоу Сюй, он…
— Однажды я видел человека, покинувшего Тяньчуан, — голос Вэнь Кэсина дрогнул. — Никому раньше не удавалось избежать превращения в живого мертвеца после вбивания седьмого гвоздя. Но Чжоу Сюй стал исключением. Полагаю, он был по меньшей мере вторым человеком в Тяньчуане, а то и первым…
— Если он был главным, с какой стати ему беж… — Гу Сян поглядела на своего господина и осеклась на полуслове, осенённая внезапной догадкой.
Вэнь Кэсин пошёл быстрее, будто хотел оставить что-то как можно дальше позади. Миниатюрная Гу Сян поспевала за ним только вприпрыжку. Видя, что её хозяин всё больше ускоряет шаг, девушка осторожно нарушила молчание:
— Господин, вам грустно?
Не оборачиваясь, Вэнь Кэсин натянуто отозвался:
— С чего бы мне грустить?
Поразмыслив, Гу Сян не придумала веской причины. Вэнь Кэсин усмехнулся и заскользил вперёд ещё стремительнее, почти не касаясь земли.
— Из-за маски я даже не могу быть уверен в его красоте… Кроме того, в любовниках я предпочитаю утончённую мягкость и нежность. Поэтому, окажись он и в самом деле красив, он не в моем вкусе.
