5
0И, выбирая его, я знала, на что шла.
Но все же я сожалею… Сожалею, что не отдала себя всю, что не познала огонь севера и не прочувствовала до конца, насколько жарким и нестерпимым он может быть… Что так и не стала той единственной, кто подарит ему наследников. Хотя, возможно, я с самого начала желала слишком многого.
Для Недоделка у меня получилось спасти немало судеб. Хэйден завершит ритуал, я уверена, — а значит, Арден, избавленный от безумия, будет жить. Киган будет жить. Когда-нибудь у них с Ллосой родятся дети, и они тоже будут жить… Так много жизней в обмен на одну мою. Не страшно умереть. Страшно умереть без причины. А у моей жизни, как и моей смерти, причина была.
Донесшийся издалека звук шагов заставил вынырнуть из размышлений и обратиться в слух. Кто-то приближался. Я слышала тихий шорох каменной крошки под подошвами, стук каблуков, ритмичный, уверенный, и едва различимый шелест одежды.
Ухватившись за ледяную стену, я медленно встала и приблизилась к решетке.
Ошейник душил. Тьма подземелья давила на плечи с такой силой, будто желала поставить меня на колени. Но только я не собираюсь сдаваться. Я дочь рода Мак-Мора и ни перед кем не встану на колени! Даже теперь.
Шорох шагов звучал все отчетливее. Через секунду из-за поворота коридора показалась фигура, закутанная в плащ. Объемный капюшон нависал так низко, что скрывал лицо незнакомца. Да и приглушенный свет подземелья рождал густые тени, не давая рассмотреть идущего. Однако я все равно его узнала — этот плащ темно-синего, точно сумеречное небо, цвета, с широким кантом на капюшоне. Именно такой был на незнакомце, оставившем в северном хранилище камни светлых чародеев."
"Сердце забилось быстрее, разгоняя по венам не только кровь, но и надежду. Не на спасение, нет. Но хотя бы на ответы. Кто пришел тогда ко мне? Ради чего помог? И была ли то помощь или очередная ловушка, которой мне чудом удалось избежать?
Наконец незнакомец дошел до решетки и остановился. Я почувствовала на себе тяжелый взгляд. Даже не видя лица, ощутила, что на меня смотрят едва ли не с яростью. И все внутри обмерло от предчувствия недоброго.
Когда незнакомец резко вскинул руку, я отступила, опасаясь проклятия. Но тонкие, по-женски ухоженные пальцы ухватились за ткань капюшона и скинули его на плечи.
Теперь я увидела кривую усмешку на красивом лице. Лице, которым всегда восхищалась.
— Хочешь моей смерти? — спросила спокойно. — За этим ты здесь?
Алые губы растянулись сильнее.
— Ты, как всегда, спешишь с выводами, Недоделок, — хмыкнула Мойра.
ГЛАВА 42
Вопросы посыпались, словно бусины из порванного ожерелья. Кучно, шумно, сталкиваясь и отскакивая, они разлетались внутри моей головы, терялись и находились вновь.
— Ты… знала?
От волнения пальцы непроизвольно сжались.
