Сбежать от Питбуля и Булочки

Оно становится зелёным и сладким. Один стакан ставит передо мной. Второй отдаёт Арише. Все затихают…

Алла Борисовна расстроенно крутит в руках телефон.

— Ладно, извините, что орал, — делаю усилие над собой.

Думаю, и без моих наездов всё прекрасно понимает. Вот как с ними в больницу лечь? Глаз да глаз… За всеми тремя!

Ася садится на стульчик в углу, на руки забирает Аришу. Вместе сидят в углу.

— Блатики будут? — пытает Асю дочка.

А может и не тремя уж… Мы не предохранялись. Короче, надо экстренно восстанавливаться!

Алла Борисовна вытаскивает пакетик с травками.

— Заваривай ему, это для восстановления после кровопотери, — объясняет Асе.

— Марина звонила Вам? — перебиваю её.

— Звонила.

— И что думаете?

— Думаю, ей надо ехать в Москву. Строить карьеру, — пожимает плечами Алла Борисовна. — Мама у вас теперь есть. Зачем в семью лезть?

— А она что говорит?

— Не слушает.

— Значит, суду быть. Ясно… Вас как свидетеля вызовут, — смотрю ей в глаза.

— Аркан говорит, что мама — Ася.

— Да причем тут карты — то?? Серьёзный же вопрос! — начинаю опять нервничать. — Кстати…

Иду за колодой, возвращаю Алле Борисовне.

— Спасибо. Очень помогли.

— И ответ серьезный… — забирает Таро тёща. — Вот тяни, чем ситуация разрешится.

Вздохнув, послушно тяну. Переворачиваю карту.

— «Любовь»…

Глава 22 — Альтернативы нет

Держа Аришу за руки, ведём её на встречу с психологом. И с Мариной. Богдана обязали. Скоро суд… И Касьянов темнее тучи. Он до сих пор на реабилитации и отстранён ""по состоянию здоровья"". Сегодня решающая встреча, заключение детского психолога. Дальше — мало на что можно повлиять.

— Дан, главное — не конфликтуй. Вообще не говори с ней!

Молчит.

— Нам нужно понравиться психологу.

— Не хочу я нравиться психологу. Достаточно того, что я нравлюсь дочери.

""Ну пусть… Пусть мне всё выскажет, там будет тише"", — философски решаю я.

Синхронно поднимаем Булочку за руки, перенося её через лужу. Снег уже растаял, пахнет весной, вокруг капели и ручейки.

Перед тем, как зайти в здание, Богдан поднимает её и ставит на лавочку. Смотрит ей в глаза.

— Очень меня любис, — кивает она.

— Да.

— Я хочу жить с папой и мамой Асей.

— Да.

— Дан… — одергиваю его незаметно. — Она сама всё скажет.

Боюсь, что потом могут сказать: мы настраиваем Булочку против матери.

Сдвигаю его. Теперь смотрю ей в глаза сама.

— У меня две мамы, — поджимает она недовольно губы.

— Да, — киваю я.

— Я люблю маму-Асю. Она хавошая.

— Да…

— А маму-Малину не люблю!

— Нет!

— А маму-Малину не знаю.

Киваю.

— Хочу домой к папе.

Целую её в нос.

Мы заходим в здание, поднимаемся на второй этаж. Дверь в кабинет открыта. Боковым зрением вижу, что там Марина и Алла Борисовна тоже там.

Я раздеваю Аришу. Причесываю её.