Нелегко было разобраться, кто есть кто среди сабиев[131], докетов, отрицавших человеческое существование Христа и считавших его тело фантомом, ариан, отрицавших его божественность, евтихиан, яковитов и монофиситов, отрицавших его двоякое естество, несториан, видевших в нём две ипостаси, мариамитов и коллиридийцев, поклонявшихся деве Марии, антидикомариамитов, отрицавших её вечную непорочность, иудео-христианских назореев и эбионитов[132], антиеврейски настроенных маркионитов[133], гностиков: валентинианцев, василидиан, карпократиан, ракузиан[134] и прочих… Абиссинская пословица утверждает, что христиане ни в чём не согласны, кроме одного — рождества Христова.
"Исламская вера никак не могла зародиться в стране с низким уровнем культуры или образованности. Этот народ принадлежал, по-видимому, к семитскому роду, а земля, как полагали, была выделена Симу, сыну Ноя. Её жители в физическом отношении принадлежат к превосходному типу, отличающемуся добродетельными, простыми и умеренными обычаями; им почти неведомы болезни западной цивилизации. На это особо указывает Д.Ф. Вейрин, посетивший эти края во время конфликта между королём Хусейном и ваххабитами[135] под предводительством Ибн Сауда, султана Неджда (1916–1924 гг.
Хотя эти люди столь счастливы от природы, их всё же не обходят стороной некоторые несчастья. Долгое время их образ жизни был сопряжён с тяжкими проблемами физического выживания. Будучи пастухами и земледельцами, из-за потребности в воде они были втянуты в драматический конфликт, ставший типичным благодаря трагедии Каина и Авеля. Мудрецы пустыни говорят, что если бы можно было обеспечить водой землю и овец, то в Хиджазе наступило бы всеобщее братство.
Благочестивый мусульманин считает, что столетия, предшествовавшие рождению Пророка, были временем отсталости и невежества. Однако, как уже отмечалось, это строго соответствует действительности только в том смысле, что отсутствовало сильное централизованное духовное руководство.









