Адская рулетка

Так что никто и внимания не обратил. У меня тогда еще был «Запорожец», привез прямо сюда. Забросил на чердак. Открыл: одни бумаги, фотопластинки в конвертах, проявленные. Несколько готовых фотоотпечатков было, ну и коробка с черно-белой кинопленкой. Золота, конечно, нет. Хотел сразу прочитать, но в тот день не сумел, Лариска помешала. Потом как-то закрутился, то машину продавал, то книги, потом разводился. В общем, только когда один остался, этим летом, от нечего делать взялся смотреть.

— Понятно. Стало быть, прочел и обалдел?

— Почти так. Понимаешь, там…

— Ладно, — перебил Федот, — ты мне его показать можешь? Просто так, как говорится, без всяких предварительных условий?

— Конечно. Какие там условия? Я ж понимаю, что кота в мешке никто не покупает.

— Правильно. Я это к тому, что вообще не обещаю, что куплю, понимаешь? Даже если увижу, что это чего-нибудь да стоит. Просто посмотрю, может быть, посоветую что-то.

— Хорошо, я сейчас на чердак слазаю…

Это уже касалось непосредственно меня. Внизу завозились, видимо, Родион устанавливал приставную лестницу. За несколько секунд я прокрутил все возможные варианты развития событий. В принципе, если не будет другого выхода, я могу их обоих грохнуть. Если проявят борзость и будут угрожать моему здоровью. Бестолковщина, конечно, получится. Наверное, другой бы гад с пистолетом уже сейчас забрал бы у них машину с ключами. Но мне эти мужики пока ничего не сделали. Зачем им пакостить? Особенно Родиону. И так у чувака одни напряги и никакой жизни."

"На улице уже здорово посветало, поэтому надеяться на чердачную темноту особенно не приходилось. Зато разглядеть, что тут и как, оказалось вполне сподручно. Например, я увидел, что чемодан, очень похожий на тот, о котором говорил Родион Соколов, стоит почти в ногах моего лежбища. Еще дальше просматривался люк, через который Родион собирался подняться на чердак. Он бы сразу меня увидел, и мне пришлось бы вести с ним неприятные переговоры, которые при недостатке понимания могли закончиться стрельбой. Очень хотелось этого избежать, и способ был один — переместиться за груду хлама, лежавшую неподалеку от окна, через которое я сюда влез. Оставив тюфяк на месте, я прихватил телогрейки, наволочку с детским бельем и собственные штиблеты, после чего бесшумно перебазировался туда, куда хотел. Телогрейки и наволочки я навалил поверх остального хлама, потихоньку надел ботинки и, на всякий пожарный, достал пистолет.

Однако Родиону нужен был лишь его чемодан. И он сразу потянулся к тому, что стоял в ногах у тюфяка, на котором я переночевал.