Абхазский миротворец

Вообще-то, задавать вопросы он не должен был — что ему надо знать, то и так расскажут. Но в группе Ската такого рода собрания всегда проходили довольно неофициально. Хочешь — спроси. Если ответа тебе знать не положено, командир так и скажет. Впрочем, как правило, информацию Скат в таких случаях не зажимал. В том числе и потому, что одна голова хорошо, а две или три — лучше. Сабуров в ходе тех двух операций, в которых участвовал, успел себя неплохо зарекомендовать — в том числе и как человек, умеющий не только бегать и стрелять, но и думать.

— Я же занималась поиском иностранцев, которые сейчас есть в Абхазии.

— И что?"

"— Нашла шесть групп. Три туристические, один бизнесмен из Турции с переводчиком — вроде хочет торговать фруктами местными. И две журналистские группы. Так вот, в одну из групп в качестве одного из корреспондентов входит хорошо известный нам человек. Джек Хармфорд.

— Кто это?

— Тот же, кто и я. Только с другой стороны зеркала.

— Какого зеркала?

— Не обращай внимания, Андрей, — с усмешкой сказал Скат. — Жаргон. Просто еще в советские времена мы холодную войну зеркальной называли.

Видимо, заметив непонимание в глазах Сабурова, Скат решил эти слова пояснить.

— Понимаешь, Андрей, иногда возникало такое странное чувство. Вот мечешься-мечешься по нашему шарику с континента на континент, из одной страны в другую. Там взорвал, тут похитил, здесь, наоборот, кого-то защитил, а через неделю убрать кого-то приказали. В Африке делаешь военный переворот, в Латинской Америке противостоишь перевороту. А потом сталкиваешься в каких-нибудь долбаных джунглях с парнем из Оклахомы или из Техаса. И понимаешь, что этот парень — твое зеркальное отражение.

Он такой же, как ты. Там, где ты свергал президентов, он их защищал. Где ты охранял базы, он на них диверсии устраивал. И, понимаешь, ненависти-то никакой к этому парню нет! Я солдат, и он солдат. Я сражался за свою родину, а он за свою. Меня посылали в бой большие люди из Кремля, а его из Пентагона. Вот и вся разница. Понимаешь?

Сабуров кивнул.

— Вот Хармфорд как раз и есть такое мое отражение, — продолжал Скат. — И он сейчас здесь. Конечно, можно предположить, что один из лучших американских коммандос решил сменить профессию, а заодно и фамилию и податься в тележурналисты на один из их новостных каналов.

Но мне что-то не верится. Почему-то кажется мне, что он здесь тоже из-за планируемой атаки на Абхазию. Более того — я голову готов на отсечение дать, что подготовкой к нападению именно он и занимается. Кстати, это значит, что американцы придают этой операции большое значение. Хармфорда куда попало не пошлют. Не исключено, что и подрыв тоннеля именно он готовит. В общем, твое счастье, Андрей, что в том отряде, который ты выследил, его не было.