Абхазский миротворец

— Потому и не сказал, что друг. Я двух его солдат убил. Ну, точнее, один вроде бы сам помер, но с того Мякишеву не легче. Два его подчиненных погибли по моей вине. А он присягу давал. Если по этой присяге действовать, то он должен был бы меня задержать. Конечно, я ему сказал, зачем я сюда приехал, но это ведь только слова. И мой рассказ о том, что на самом деле было ночью, тоже был бы только словами. Никаких доказательств у меня не было. Нет, он бы мне поверил на слово! Но по правилам-то он мне в таком случае верить не имеет права. Значит, пришлось бы ему либо против правил, значит, и против присяги идти, либо меня задержать все-таки.

Я не хотел его в такую ситуацию загонять. И с тобой, Скат, хотел сначала посоветоваться. В конце концов, сказать-то никогда не поздно, а вот если сказал, то обратно слов уже не вернешь.

— Правильно сделал, — кивнул Скат. — Так, теперь все рассказал?

— Да.

— Свет, что скажешь? — Командир повернулся к девушке.

— Странно. Ну, Контрактник и сам упомянул про главную странность. Я могу представить себе, как грузины или американцы могли устроить все то, о чем он нам рассказал. Но я не могу понять, зачем им это нужно.

Взрывать мосты, диверсии на дорогах устраивать — с этим все ясно. Конкретные действия, дающие определенные результаты. А здесь какая цель? Не уберут же наш блокпост с моста из-за того, что у личного состава отношения с населением ближайшей абхазской деревни ухудшились!

— Вот и я о том же думал, — кивнул Андрей.

— С этой группой, которую ты выследил, тоже непонятно. Зачем они лезли в горы? Зачем так много народу? В общем, вопросов куча, а ответов я пока не нахожу.

— Ладно, значит, пока просто примем к сведению и будем думать.

Какие-нибудь конкретные действия предложить можешь?

— Я согласна с Андреем, надо по нашим каналам проверить, есть ли… то есть были ли у этого Нигматуллина влиятельные или богатые родственники. Мне очень не нравится, что полковник эту компанию прикрывал. Это неспроста.

— Дети богатых людей сейчас в российскую армию не попадают, — сказал Барцыц.

— То-то и оно. Ладно, это я проверю сама сегодня же. По нашим базам данных пошарю, там вся такая информация есть.

— Еще что скажешь? — спросил Скат.

— Мне очень не нравится, что среди этих людей американец был.

— Может, и не один американец, — вставил Сабуров. — Просто я слышал одного. Может, и еще были, но молчали.

— Главное не количество, а сам факт. В общем, это лишний раз подтверждает нашу версию, что Грузия не сама решила Абхазию силой вернуть, а с подачи из-за океана. Правда, я в этом уже и так не сомневалась — после моих-то собственных открытий.

— А что за открытия? — спросил Андрей, который сам уже все рассказал, а вот узнать о том, что удалось выяснить товарищам, еще не успел.