Абхазский миротворец

— Но там же на границе наши миротворцы стоят, — сказал Левша. — Вот Андрей же там и служил!"

"— Миротворцев — горсточка, — объяснил Сабуров. — В случае полномасштабной войны их попросту сметут. Но речь не может идти о полномасштабной войне! Грузия на это не пойдет! Любой здравомыслящий человек в Тбилиси понимает, чем это может кончиться! Получится война, которую в принципе невозможно выиграть! Разве только уничтожить поголовно всех абхазов — а такое вряд ли получится, разве что если ради этой цели половину населения Грузии положить. Нет, не может такого быть! Это просто бред!

— Вот в том-то и беда, что, похоже, не совсем бред, — совсем мрачно сказал Скат.

 — Судя по всему, в Тбилиси маловато здравомыслящих людей осталось — особенно среди руководства. Вот же, ядрена мать! Я же правда очень люблю этот народ! Но руководители у него сейчас такие, которым, по-моему, даже прачечную возглавлять доверить нельзя.

— Какого же рожна они себе таких уродов навыбирали? — спросил Левша.

— Так они не совсем навыбирали, — отозвался Скат. — Там у них темная история со всей этой «революцией роз». Из этих самых роз американские уши торчат на полметра — и это, кстати, не столько мое личное мнение, сколько вывод аналитиков нашего ведомства.

Я, пока вас ждал, запросил их доклады по этому вопросу и почитал. Так вот именно после этой розовой революции и отношения с Россией у Грузии стали стремительно портиться, и про возврат Абхазии там стали поминать все чаще. В общем, появились во власти вместо старых, умных циников молодые отморозки с пеной у рта и розой в петлице. Вот они-то как раз со всем пылом в любых бедах Россию обвиняют и карательной экспедиции в Абхазию требуют. Конечно, руководство Грузии и до них было далеко не сахар. Но все-таки Эдуард Амвросиевич Шеварднадзе, как к нему ни относись, был человек старой, советской закалки. Школу прошел хорошую, был старой и опытной лисой. Такая лапу в капкан запросто не сунет. И «грозно тявкать» на весь мир не станет, да и своему ближайшему окружению не позволит. Дабы не позориться.

— Это точно, — кивнул Сабуров. Он, хоть и почти не застал советского времени, про Шеварднадзе читал и слышал много — в основном как раз во время службы на границе Грузии и Абхазии.

Там практически все местные старики, да и офицеры российские, которые там давно служили, говорили о Шеварднадзе примерно то же самое, что и Скат.

— В общем, ситуация последнее время сильно ухудшилась, — заключил командир.

— Не понимаю, — Сабуров покачал головой. — Грузины про возврат Абхазии говорят давно — то громче, то тише. Но это все время так одними словами и остается, ну, максимум, какое-нибудь незначительное столкновение на границе происходит.

— Вот и я то же самое генералу сказал, — Скат тяжело вздохнул.