Золотой шут

– Баррич, я не считаю, что ты кого-то подвел, – мягко проговорила Кетриккен. – И не считаю Дар недостатком. Оставь сына у меня. Пожалуйста.

Баррич медленно, с трудом покачал головой.

– Вы бы не стали так говорить, если бы речь шла о вашем сыне. Если бы каждый день ему грозила опасность стать жертвой тех, кто ненавидит Одаренных.

Я увидел, как Кетриккен расправила плечи, и понял, что она собирается рассказать Барричу о своем собственном сыне и его Даре. Однако Чейд тоже почувствовал опасность и мягко вмешался:

– Я прекрасно все понимаю, Баррич. Но я с тобой не согласен.

 – Он помолчал, а потом спросил: – Что ты сделаешь с мальчиком?

Баррич удивленно на него посмотрел, но уже в следующее мгновение фыркнул.

– Что? Думаете, спущу с него шкуру? Нет. Я отвезу его домой и постараюсь не подпускать ни к каким животным. А еще нагружу работой так, чтобы к вечеру он валился с ног от усталости. И больше ничего. Думаю, мать отделает Свифта почище любой плети. Язык у нее, надо сказать, очень даже ядовитый. Да и сестра не простит его, что заставил ее волноваться. – Неожиданно Баррич помрачнел еще сильнее. – Неужели он сказал вам, что боится порки? Чистейшей воды вранье, и ему это известно.

Вот за такие слова он может получить увесистую затрещину.

– Ничего подобного он не говорил, – ответила Кетриккен. – Свифт сказал только, что больше не может этого выносить, не может жить дома, где ему не дают использовать Дар.

Баррич коротко рассмеялся.

– Еще никто не умер оттого, что ему запрещали пользоваться Даром. Когда ты от него отказываешься, то начинаешь страдать от одиночества – мне тоже довелось это испытать. Обходиться без помощи Дара не опасно, а вот его использование ведет к гибели.

 – Баррич резко поднялся со стула, и я услышал, как щелкнуло его больное колено. Он поморщился. – Моя королева, прошу меня простить, но, если я слишком долго сижу, нога начинает болеть сильнее, а мне предстоит дальняя дорога домой.

– В таком случае отдохни денек в замке, Баррич. Сходи в баню, прогрей ногу, которая пострадала, когда ты защищал жизнь Видящего. Поешь и выспись на мягкой постели. А завтра отправишься домой.

– Я не могу, миледи.

– Можешь. Неужели я должна отдать тебе приказ? – В голосе королевы я услышал любовь.

Баррич спокойно посмотрел ей в глаза и спросил:

– Миледи, неужели вы прикажете мне нарушить слово, данное моей дорогой жене?

Кетриккен грустно опустила голову.

– Дорогой мой, твоя честь является родной сестрой твоему упрямству. Нет, Баррич, я никогда не прикажу тебе нарушить данное слово. Слишком часто моя жизнь зависела от него. Я тебя отпускаю. Но тебе все равно придется немного задержаться. Я хочу передать подарки твоей семье. А пока я их собираю, ты вполне можешь спокойно поесть и согреться у очага.