Золотой шут

Оба были написаны старинными письменами, от которых у меня отчаянно болела голова."

"Рядом с каждым лежала бумага, где мы с Чейдом составляли свой подстрочный перевод. Неожиданно я обратил внимание, что большая часть записей сделана моей рукой. Взглянув на последний вклад Чейда в наш общий труд, я прочитал предложение, которое начиналось со слов: «Использование эльфийской коры». Нахмурившись, я принялся искать нужную строчку в манускрипте. Рядом с ней имелась выцветшая от времени иллюстрация, но я сразу понял, что изображенное на ней растение не имеет к эльфийской коре никакого отношения.

Слово, переведенное Чейдом как «эльфийская кора», было заляпано чернилами, но после внимательного изучения я понял, что он расшифровал его верно. Получалась какая-то бессмыслица. Если только данная картинка не относится к другой части текста. В таком случае я неправильно перевел весь отрывок. Я вздохнул.

Неожиданно в сторону сдвинулась полка для вина и появился Чейд, а следом за ним Олух с подносом, на котором стояли вино и еда.

– Добрый вечер, – сказал я им и отложил работу в сторону.

– Добрый вечер, Том, – ответил Чейд.

– Здравствуйте, хозяин, – сказал Олух и добавил:

Песья вонючка.

Не называй меня так.

– Добрый вечер, Олух. Мне казалось, мы с тобой должны были встретиться здесь днем.

Дурачок поставил поднос на стол и почесался.

– Забыл, – заявил он и, прищурив маленькие глазки, пожал плечами.

Я грустно посмотрел на Чейда. Я пытался сделать все, что мог, но мрачный взгляд старика говорил о том, что я старался недостаточно. Я отчаянно искал способ избавиться от Олуха, чтобы рассказать Чейду о крысе.

– Олух… В следующий раз ты не мог бы принести побольше дров? Иногда вечерами здесь бывает холодно.

 – Я махнул рукой в сторону тлеющих углей.

Песья вонючка.

Услышал я его четко и ясно, хотя он стоял с таким видом, будто не понял ни слова из того, что я сказал.

– Олух, сходи сегодня за дровами два раза. Ты понял? – обратился к нему Чейд немного громче, чем следовало, и выговаривая каждое слово по отдельности.

Неужели он не чувствует, что его тон раздражает Олуха? Бедняга не отличается умом, но слух у него в полном порядке. И уж если быть до конца справедливым, он не настолько глуп, как кажется.

Олух медленно кивнул:

– Два раза.

– Можешь сходить за дровами прямо сейчас, – велел ему Чейд.

– Сейчас, – не стал спорить Олух.

Повернувшись, он краем глаза посмотрел на меня и повторил так, что услышал его только я:

Песья вонючка. Больше работы.

Я дождался, пока он уйдет, и только тогда заговорил с Чейдом, который поставил поднос с едой на стол подальше от свитков.

– Он больше не пытается нападать на меня, применяя Силу. Но зато оскорбляет. Он знает, что ты его не слышишь. Не понимаю, за что он меня так не любит.