Золотой шут

Они начали с тревогой переглядываться, опасаясь, что поведение девочки приведет к отказу от помолвки и выгодный торговый договор заключен не будет.

Дьютифулу в лицо бросилась кровь. Я видел, что он изо всех сил старается держать себя в руках. Кетриккен сохраняла спокойствие без заметных усилий.

– Возможно, ваше предложение окажется приемлемым, – проговорила она так, словно обращалась к упрямому ребенку. – Вы не хотите рассказать нам о вашем обычае?

Похоже, нарческа Эллиана понимала, что пока у нее получается не слишком удачно. Она расправила плечи и сделала вдох.

– В наших землях, именуемых Божественные Руны, есть такой обычай: если мужчина хочет жениться на женщине, мать которой не уверена в его происхождении или достоинствах, ему предлагается испытание, чтобы претендент доказал, что он настоящий мужчина.

Ну вот и все. Оскорбление нанесено, и все герцогства поддержат королеву, если она немедленно откажется от помолвки и союза. Да, они встанут на ее сторону, но на многих лицах гордость боролась с сожалением о потере немалых доходов от торговли. Правители герцогств молча переглядывались, пытаясь выработать общее отношение к поведению нарчески.

Но прежде чем королева успела дать ответ, нарческа закончила свою речь:

– Поскольку сейчас со мной рядом нет матери, я сама назову испытание, которое убедит меня в том, что принц Дьютифул достоин стать моим мужем.

Я знал Кетриккен еще в те дни, когда она была дочерью Горного короля, до того как стала королевой Шести Герцогств. Когда она превращалась из девушки в женщину и королеву. Другие находились рядом дольше, к тому же провели вместе с ней последние годы, но все равно я лучше понимал Кетриккен.

По едва заметному движению губ я догадался, как сильно она огорчена. Многие месяцы, потраченные на подготовку союза между Шестью Герцогствами и Внешними островами, зачеркнуты словами взбалмошной девчонки.

Нет, Кетриккен не имела права позволить, чтобы достоинства ее сына ставились под сомнение. Эллиана подвергла осмеянию все Шесть Герцогств. И этого Кетриккен допустить не могла – и дело тут, разумеется, вовсе не в материнской гордости: опасности подвергалась сама идея союза с Шестью Герцогствами.

Я затаил дыхание, ожидая, что Кетриккен прервет переговоры. И так сосредоточился на королеве, что лишь краем глаза заметил, как Чейд попытался схватить принца за плечо, когда Дьютифул вскочил на ноги.

– Я принимаю твой вызов. – Голос Дьютифула разнесся по всему залу."

"Нарушив этикет, принц шагнул вперед и оказался перед нарческой, словно они были влюбленными, которые поссорились. Казалось, он хотел показать, что королева не имеет отношения к происходящему.