2
0Апофеозом безумия стал нанесенный мне удар ножом от незнакомца в темном переулке и послание ""выйти из игры"". Просто банальщина! Каким-то чудом я успел увернуться — и нож прошел по касательной, не задев жизненно важных органов. Уже находясь у врача, мысленно похвалил себя за то, что вовремя спрятал отца и дьяволенка за границей. Одному легче бултыхаться во всей этой грязи.
С тех пор, после ""нападения"", в перерывах между слушаниями мне приходилось отсиживаться у папы и Виолы в Германии. А в России Ключевой нанял для меня телохранителя, хотя я и был категорически против. Честно говоря, не уставал удивляться поступкам Валерия, однако не очень верил в его ""доброту душевную"".
В какой-то момент осознал, что с меня хватит загадок — и решился на откровенный разговор. Мы встретились в захудалом кафе на окраине города. Сказать, что Ключевой был удивлен моему приглашению, — ничего не сказать.
Перекинулись парой завуалированных фраз касательно дела, потом я опять выслушал его упреки по поводу моего ""обезбашенного"" поступка с прессой — и, наконец, решился задать главный вопрос:
— Валерий, почему вы помогаете мне, — подался ближе, положив руки на стол и сцепив в замок. — Вы сказали, ради мамы, но…
— Я понял, — он поднял ладонь вверх, прерывая меня. — Не продолжай, пока не наговорил глупостей. Мы были знакомы с Александрой задолго до того, как она встретила твоего отца. Не беспокойся, у нас с ней ничего не было, как бы я этого ни хотел. Просто я — герой не ее романа, к сожалению. Александра выбрала Анатолия, и я уважаю ее решение. Тем не менее, это не помешало мне любить ее. И я помогаю тебе сейчас, потому что она бы этого хотела… — Ключевой вздохнул, а я удивленно приподнял бровь. — Надеюсь, я дал тебе исчерпывающий ответ.
— Как можно всю жизнь любить женщину, которая принадлежит другому? — ошеломленно произнес я.
— Полюбишь — поймешь, — горько усмехнулся Валерий, поднимаясь со стула и тем самым показывая, что разговор окончен.
А я так и остался сидеть за столом, озадаченный словами Ключевого.
* * *В августе должно было все решиться, буквально со дня на день. Емельяненко окончательно ушел в тень, не забыв якобы ""обанкротить"" и опечатать клуб ""77"", а вместе с ним и казино. Но если учесть, что у него их целая сеть, то невелика потеря. Кобылина он подставил под удар, отдав в полное распоряжение правосудия. А мне через людей Ключевого передал пламенный привет и обещание следить за мной, чтобы я ""не выкинул еще чего-нибудь"" против ""его величества"". Я лишь усмехнулся: мне, по большому счету, плевать на его грязные дела, я только хотел вернуть свое.
По сложившейся системе, я опять отправился в Германию, дожидаясь, пока следствие вынесет решение по Кобылину — в положительном результате я ни капли не сомневался.
