15
0
Зря, наверное, я наговорила Максу эти злые слова! Как бы там ни было, он единственный, кто с самого начала всегда был на моей стороне. Что бы ни происходило. И на яхте, и перед родными, друзьями, врагами… перед всеми. Пусть не любил, но чувства — это только наше с ним дело. Перед другими он был мне мужем.
Почему-то я обо всем этом забыла. О его словах поддержки, примерах из жизни, советах и постоянной похвале. Забыла о родах, самом страшном и прекрасном дне в жизни, когда Максим тоже был рядом. Постоянно. От обиды и боли я вмиг позабыла все хорошее. Обесценила.
Нужный этаж."
"Коридор пустой — вечер воскресенья, все дома с семьями. Развязываю шарф, расстегиваю пальто. Жарко! Стараюсь идти потише, но все равно шаги дают эхо. Я думаю о том, что пусть брак и фиктивный, но мы обязаны выполнять клятвы, данные в загсе. И Максим выполняет.
Надо сказать, как важна для меня его поддержка и как трудно мне было бы без нее.
Марии Александровны, его секретаря, на месте нет, поэтому подхожу сразу к кабинету и стучусь.
Оттуда свет идет.
Я стучусь еще раз. В груди как-то больно вдруг сжимается. Поднимаю кулак и ударяю громче. Потом еще и еще. Я буквально долблюсь в дверь!
Сердце гулко бьется. Почему-то становится дурно, я стягиваю шарф с шеи и запихиваю в сумку.
Когда вновь поднимаю руку, чтобы продолжить, замок щелкает и дверь открывается.
Максим стоит передо мной в рубашке, без пиджака. Это я как-то сразу улавливаю. Верхние пуговицы расстегнуты.
— Аня? — По лицу считывается изумление.
И еще другие эмоции, не разберу сразу какие, но их много, и все они — тяжелые, мутные.
За его спиной шум. Приподнимаюсь на цыпочки и пытаюсь заглянуть через плечо. Максим выходит ко мне, закрывает за собой дверь плотно. В этот момент я все понимаю и мир в очередной раз рушится.
Глава 12
Отворачиваюсь, глаза опускаю. Это невозможно. Просто невозможно вынести. Топ-модель Аня Февраль в действительности состоит из битого стекла, обтянутого кожей.
— Я не вовремя? — бормочу. — Домой поеду, там Вита…
— Ты зачем приехала? Что случилось?
— Не имеет значения. — Шаг назад делаю.
— Нет уж стой. — Максим берет за руку.
Освобождаю ладонь тут же, не грубо, но решительно, меньше всего на свете я хочу касаться его. Тогда он обхватывает запястье. Фиксирует сталью, не пускает.
— Погоди. Пойдем-ка поговорим, — тянет в сторону.
В сторону соседнего кабинета, где восседает его юридический отдел, кажется. Или там конференц-зал? Не помню.
