Завтрашний царь. Том 2

Раздались неуверенные голоса:

– Отрыщь, дикомыт.

– Выдай непутку.

– Шёл мимо, вот и дальше ступай.

Светел молча улыбнулся в ответ.

Улыбнулся всем горем, всей яростью, выпестованной в душе…

Да не им. Ветру с Лихарем, которых всё ещё мысленно повергал. Новожиличи, крепкие и сердитые, смутились, растеряли последний задор, взялись переглядываться. Шли блудной девке ума вогнать, а навстречу веяло смертью. Светел отвернулся, зашагал к скоморошне, Лаука, тихонько подвывая, побежала вперёд.

Лишь Паратка отважился догнать витязя.

– Всех перессорила, – пояснил он негромко.

 – Сперва про тебя срамное болтала, после каждому про других. А когда себя не помнила, Шарапами называла.

Светел отмолчался. Лаука юркнула в болочок, а он пошёл рядом и не отлучался до самой Кутовой Ворги. Даже на зеленец за обрывами смотреть больше не хотел."

"Кутовая Ворга даром звалась по тупиковой протоке. Не в глухом углу прозябала – торный большак собой красила! Давно привыкла и к одиноким странникам, искавшим тепла, и к большим купеческим поездам. Голосу Тремилкиного кобеля отозвались дворовые псы, выкатились навстречу, широкогрудые, мощные, любо-дорого поглядеть.

Следом – любопытная ребятня, наконец взрослые. Светел сразу выделил взглядом двоих опричных мужей. Синие кафтаны, синие с червлёными околышами колпаки! Неволей вспомнишь плащики поверх лат, особые у каждой дружины!

– Черёдники шегардайские, – поделился неугомонный Тремилко. – Уж который поезд встречают. Перемолвятся с набольшим – и дальше сидят!

На сей раз их ожидание завершилось. Спросив, чьи возы, двое явно обрадовались и поспешили к жилым саням.

– Когда праведные зовут, кровнорождённые поспешают, – будто бы отмолвил Злат Новожил.

И поезд, изготовленный было к стоянке, даже не свернул в Кутовую Воргу.

Возчики переговаривались на ходу:

– Нам, братцы, путь до Западных ворот проповедан. Эка честь!

Западными воротами в Шегардай исстари въезжали цари.

– Слышь, ребятище… – тихо и тоскливо сказал Светелу Кербога. – Давай, что ли, от поезда отобьёмся… К празднику стреты царевича мы, беги не беги, уже не поспеем. Здесь задержимся, хоть люд проезжий вволю повеселим… А там, помогай Владычица, и в город въедем без толкотни…

Светел мало не кивнул, готовый согласиться, но что-то словно толкнуло:

– Лучше со всеми, дядя Кербога.

– Я немолод, – упёрся скоморох. – Сил больше нет, отдохнуть хочется! А не меня, так Гудима старого пожалей! Девку нежную!..

– Девка твоя… – начал Светел и замолчал. Устыдился.

«Крепко изобидел её этот Шарап, раз она…»

– Племя ваше воинское!.. – разворчался Кербога. – Чуть что, меч из ножен, и пропадай голова! Где ж вспомнить, что небойцы за спиной! – Весомо помолчал… вдруг сознался: – Мне страшно, ребятище.