6
0
Там и тут…
Ещё и ещё…
Медленно проступали головы, плечи, руки, тела…
Мертвецы Глызина пришли за водительством.
Совсем так, как приходили сюда живыми.
Мужчин почти не было. Старики и старухи, матери с детьми у подолов…
Серые от бесконечного холода, измождённые ожиданием.
Сколько их стояло кругом, триста тридцать три или нет, Светел не сосчитал. Он только видел, что бесплотным не было дела до Кербоги с Гудимом, возносивших ревностную хвалу. Мёртвый Глызин смотрел на того, в чьих жилах пылала царская кровь.
Молчал…
Надеялся…
Ждал…
У Светела сами собой поникли руки с мечами.
Ему довольно топнуть ногой, как он умеет.
И расточатся, беспомощные.
Светел положил клинки. Пропустил мимо ушей тревожный возглас Кербоги. Вышел к самому кругу.
Отдал воинский поклон, суровый и строгий. Преклонил колено.
Глаза жгло.
– Господин преславный Глызин… – тихо произнёс он по-андархски, потупив глаза, болезненно стыдясь нечистого выговора. – Мой родич бежал от вас в час нужды. В сём он крив. И я с ним…
Круг, разделивший мёртвое и живое, ещё тлел, но что-то неосязаемо коснулось волос.
– Матерь Глызина, – прошептал он сквозь рваный ком вины, отчаяния и срама. – Позволь мне… Я укажу путь…
Она ответила просто и коротко:
«Веди нас, Аодх из рода царей».
– Присмотрись, матерь… Ты видишь впереди мост?"
"Меркнущие отсветы углей, прежде отчётливо изумрудные, словно потеплели, налились прозрачным золотым жаром.
Матерь кивнула, обернувшись к своим.
Сироты Глызина потянулись на мост, уводивший через снега и неусыпучие топи, через Нёглу небесную и земную. Толпа теней двинулась сперва робко, потом всё уверенней.
Детницы, покинутые струсившими мужьями.
Народ, брошенный кровнорождённым ублюдком.
Слабые, не дождавшиеся защиты сильных.
Немногие сильные, отдавшие себя без остатка.
Они плыли мимо Светела к покою и теплу, неизведанному при жизни. Матерь Глызина с улыбкой андархской провидицы смотрела им вслед и, кажется, пересчитывала.
– А ты? – спросил Светел.
«Будь благословен, Аодх из рода царей. Теперь я знаю дорогу. Пожалуй, я немного повременю здесь, вдруг ещё кто-то придёт».
