0
0
Зато абсолютно не нравились жених и этот “серый лорд”, у которых на уме лишь продажа!
Джулиана робко заметила: жить одной в таких хоромах глупо и дорого…
Юля моментально нашлась: а что ей помешает воплотить в жизнь свою мечту? Открыть частную школу? Пусть даже во сне…
В ответ пришла волна страха и паники: как?!
Как тетушка Бронсон!
Да, леди Бронсон была сильной женщиной. Она не боялась осуждения света. Но именно поэтому всю жизнь прожила одна. Никто не взял ее замуж. Никто не сделал ее матерью…
Юля не сдержалась и фыркнула собственным мыслям, чем весьма удивила гостя.
– Леди, вы не сможете бороться одна против мнения света, – напомнил он недовольно. – Вы для этого слишком хрупкая. Продайте дом, примите предложение Десмонда и станьте его женой. Если вам так уж не терпится кого-то воспитывать, то виконт, я уверен, быстро одарит вас детьми!
На этом месте Юля поперхнулась печеньем. Вандербильт тут же сунул ей в руки стакан, который хотела подать Агнешка.
– Простите за резкость, миледи, – продолжил он таким тоном, что стало ясно: ему ничуть не жаль, – но время идет.
Откашлявшись, Юля отпила глоток воды и “выпустила” Джулиану. Та затрепетала ресницами, бросая на гостя смущенный взгляд:
– Я понимаю ваше нетерпение, милорд. Но я все еще в трауре, слегка нездорова и не стремлюсь покидать столицу. До начала учебного года достаточно времени, и я хотела бы использовать его для размышлений.
Правильно! Сейчас она знает слишком мало, чтобы вступать в откровенную конфронтацию с этим мужчиной. Особенно если за ним стоит королевская служба. Не нужно его недооценивать! Лучше потянуть время, сослаться на слабость и быстро, очень-очень быстро принимать решение!
– Не советую вам тянуть! – Вандербильт встал, и его поведение практически граничило с грубостью.
– Это меня не пугает, – Юля позволила себе светлую улыбку и, радуясь собственной находчивости, выпалила: – Мой жених, лорд Десмонд, нашел более выгодного покупателя!
Лицо гостя превратилось в застывшую маску, на которой отчетливо двигались желваки. То ли он так недолюбливал Десмонда, то ли ему настолько нужен был особняк.
– Всего доброго, милорд! – проворковала леди Гейбл, вставая с кресла.
Момент триумфа подпортил небрежно скрученный шиньон – гребень выскользнул из волос и со стуком упал на паркет. Волна темных локонов рассыпалась по плечам, превращая зажатую бледную скромницу в чувственную женщину, словно только что вставшую из постели.
