Развод и девичья фамилия

Котейка растопырилась, поэтому женщина вытащила её вместе с подстилкой — тонким пледиком.

— Киса! — Тёма радостно захлопал в ладошки, а Лиза замерла.

— Ну, что же ты не идёшь знакомиться? — спросила Алёна девочку. Котёнок дернулся, и она опустила ношу на кровать.

— Мой котик! — отмерла Лиза и, взвизгнув, кинулась целовать и тормошить подарок. — Рыжик, Рыжик!

Если котёнок и был обескуражен бурной встречей, то никак этого не показал — сидел спокойно и только головой вертел, подставляя её под детские ладошки.

— Это не Рыжик, это Сати, — вспомнила Алёна, что ей говорила заводчица. — Нравится?

— Сати, — шёпотом повторила Лиза и закивала. — Очень нравится!

Кошка — настоящая находка и палочка-выручалочка — поняла Алёна, когда в течение получаса дети занимались пушистым другом, не доставая няню. Котёнок попался то ли сам по себе умный, то ли порода такая, но Сати не выпускала когти, охотно принимала ласки и не зашипела, когда Тёма слишком сильно дёрнул её за хвост. Впрочем, Алёна ворон не ловила и сразу пресекала подобное — поцарапает, ей же влетит. В животных она мало понимала, но тут большого ума не надо, чтобы догадаться, что грубость и боль никто терпеть не станет. Мальчик ещё мал и не понимает, что кошка — живая, и ей может быть неприятно, когда тискают.

Часы пробили девять — пора укладывать.

— Лиза, Тёма, пора в кроватки! Сати тоже хочет спать. Сейчас она пойдёт в свой домик, а завтра опять будете с ней играть, — Алёна подхватила котёнка, сунула его в переноску и отнесла к себе в комнату.

Если не убрать зверька с глаз, дети начнут капризничать, требуя вернуть новую игрушку, а сейчас явится дневная, не хочется попадать под новый разбор полётов. Валентина ей и так уже душу вынесла, сто раз напомнив, как важен для детей режим!

— Так, Сати уже спит. Бегом мыть ручки и чистить зубки!

Пока возились, в детскую поднялась Татьяна со стаканами молока и немолока.

— Десятый час, почему они ещё не в кроватях? — сердито выговорила она Алёне.

— Пять минут погоды не сделают, — ответила ночная няня. — Ну-ка, скорее в кроватки!

Подхватив Артёма, она отнесла его на руках и помогла улечься, подоткнув одеяло. Татьяна в это время возилась с Лизой."

"— Тёма, твоё молочко, — женщина оглянулась на дневную няню — куда она поставила стаканы? И замерла — происходило что-то странное. Лицо женщины покраснело, и она делала судорожные вдохи, будто подавилась.

— Татьяна, с вами всё в порядке? — подхватив её под руку, Алёна помогла той присесть. Няня буквально рухнула на кровать Лизы и начала заваливаться. По лицу женщины текли слёзы, каждый вдох сопровождался сипением, на мгновение Алёне показалось, что у Татьяны опухло лицо и шея.