Второе дыхание

Когда ей рассказали, как я разделал в пух и прах батарею вражеских гаубиц и о том, что приезжал генерал Лукач и пообещал наградить артиллеристов, как бы между прочим полюбопытствовала, на какой машине он ездит. Я подробно ответил на ее вопрос. Если в ближайшее время вишневую «испану-суизу» обстреляют или подорвут, у меня не останется сомнений.

Пятая колонна, как назвали франкисты свою агентуру в Мадриде во время атаки города с четырех направлений, работает довольно результативно. Постоянно загораются склады, глохнут танки, потому что в баки засыпали сахар или песок, вражеская авиация довольно точно и результативно бомбит тщательно замаскированные цели, в больнице оказываются с сильным отравлением советские советники и переводчики, жившие в престижном отеле, по ночам режут или отстреливают одиноких военных.

Выходя ночью из ресторана и возвращаясь на рассвете от Татьяны, я первым делом расстегиваю клапан кобуры. Это в сельской местности нам рады крестьяне, захватившие чужую собственность, которую мы помогаем удержать, а в больших городах, в лучшем случае, считают иностранцами, которые влезли не в своё дело. Нынешние испанцы — не те ребята, которые долго упираются и соглашаются погибнуть за идею. Без нас всё закончилось бы быстрее и с меньшей кровью. Если бы вовремя не подоспели Одиннадцатая и Двенадцатая интернациональные бригады, Мадрид пал бы во время первого штурма. У городского гарнизона был приказ отступить без боя.

61

После трехдневного перерыва мятежники опять решились атаковать. На этот раз в первой линии перед марокканцами двигались немецкие легкие танки «Pz. Kpfw.1 (Панцер-1)». Я воспринимал их, как бронетранспортеры, потому что из башни вместо пушки торчали два расположенных горизонтально на одной линии, тонких ствола пулемётов калибром семь и девяносто две сотые миллиметра.

Экипаж два человека, водитель и командир. По грунтовке максимальная скорость двадцать пять километров в час — хороший велосипедист обгонит. Броня толщиной до тринадцати миллиметров. Осколки снарядов трехдюймовки прошивали ее запросто. Судя по тому, как рывками, с остановками надвигались танки, экипажи слабо обученные, скорее всего, испанские.

— Смотрите и запоминайте, — приказал я Мигелю и Педро.

Когда первая линия вышла на пристрелянное место, я передал через связиста команду открыть огонь. Через несколько секунд над нашими головами просвистели четыре снаряда. Легли между танками, один из которых сразу остановился, и из него выбрались два члена экипажа, довольно резво побежали в тыл. Это не понтовитые итальянцы. После второго залпа у другого танка размоталась гусеница, из-за чего замер боком к нам.

— Эх, сейчас бы прямой наводкой его! — огорченно воскликнул Педро.