Вся Агата Кристи в трех томах. Том 2. Вся Мисс Марпл

Для меня не секрет, что Седрик Кракенторп — очень привлекательный мужчина. Несмотря на склонность выставлять себя в худшем свете, чем он есть, и на способность выводить людей из себя.

— Меня он подчас просто бесит, — сказала Люси.

— Вот именно, — сказала мисс Марпл, — и вам это нравится, разве нет? Вы — особа с характером, схватиться с сильным противником для вас удовольствие. Да, в данном случае притягательность очевидна. Ну, и здесь же мистер Истли, тип мужчины, затрагивающий мягкие струнки души, похожий на обиженного мальчика. Что, конечно, тоже не лишено привлекательности.

"— И один из них — убийца, — с горечью сказала Люси, — причем степень вероятности для обоих одинакова. Предпочтение, в сущности, отдать некому. С одной стороны — Седрик, которого нисколько не трогает смерть его брата Альфреда, смерть Гарольда. Сидит себе, донельзя довольный, строит планы о том, как распорядится Резерфорд-Холлом и твердит, какая прорва денег понадобится, чтобы все на корню перестроить, как ему вздумается. Я знаю, такому, как он, свойственно преувеличивать свою черствость, и прочее. Но ведь и это может быть удобной маской. Когда кругом говорят, будто твое бездушие напускное и на самом деле ты не таков.

— Ах, милая моя, как я сочувствую вам, Люси.

— А с другой стороны — Брайен, — продолжала Люси. — Это звучит невероятно, но Брайен как будто искренне хотел бы жить здесь. Считает, что им с Александром жилось бы тут превесело, и носится с массой замыслов.

— Он ведь постоянно носится с каким-нибудь замыслом, правда? Если не с одним, так с другим.

— По-моему, да. И каждый звучит потрясающе, но у меня нехорошее чувство, что ничего из них не выйдет.

— Воздушные замки, фигурально выражаясь?

— И даже не фигурально. Воздушные в прямом смысле слова. Все так или иначе связаны с воздухоплаванием. Возможно, классному летчику-истребителю так и не суждено до конца жизни по-настоящему спуститься на землю… А Резерфорд-Холл, — прибавила она, — ему так мил тем, что напоминает тот громоздкий, безалаберный викторианский дом, в котором он провел свое детство.

— Вот как, — уронила мисс Марпл. — Ну, да… — И, бросив искоса быстрый взгляд на Люси, совершила своего рода словесный наскок: — Но это ведь еще не все, верно? Есть что-то, чего вы не договариваете.

— Ох, есть. И это «что-то» дошло до меня только дня два назад. Дело в том, что Брайен находился-таки в этом поезде.

— Который отходит в 4.33 с вокзала Паддингтон?

— Да. Понимаете, Эмма решила, что от нее тоже требуется отчет о том, чем она занималась двадцатого декабря, и подробно все перечислила.