Как замечательно, что все ваши братья при вас! Жизнь так часто разбрасывает семьи по всему свету, тех в Индию, впрочем, это, по-видимому, уже в прошлом, этих в — Африку. Западный берег славится прескверным климатом…
— Двое из моих братьев живут в Лондоне.
— Ну смотрите, как удачно!
— А мой брат Седрик — художник и живет на Ивисе, одном из Балеарских островов.
— Художников всегда влечет на острова, вы не находите? — ворковала мисс Марпл. — У Шопена это Майорка, если не ошибаюсь… Нет, он был музыкант. Я имела в виду Гогена. Невеселая история — жизнь, можно сказать, загублена даром.
Она с осуждением покосилась на Седрика.
— Расскажите нам лучше, мисс Марпл, какой была в детстве Люси, — сказал тот.
Мисс Марпл просияла.
— Удивительно умным была ребенком! А я говорю, была, моя милая. И будь добра, не перебивай. Выдающиеся способности к арифметике. Раз, помню, мясник насчитал с меня лишнее за говяжье седло…
И мисс Марпл пустилась на всех парах в воспоминания о детстве Люси, перейдя от них к случаям из собственной деревенской жизни.
Поток воспоминаний прервало появление Брайена с мальчиками, основательно вымокшими и чумазыми в результате азартной охоты за уликами. Подали чай, одновременно подоспел и доктор Куимпер, был представлен старенькой гостье и, слегка подняв брови, огляделся.
— Отец, надеюсь, не куксится, Эмма?
— Нет, ничего — то есть немного утомился к вечеру.
— Как видно, ограждает себя от посетителей, — сказала с плутоватой усмешкой мисс Марпл.
— Вы только не подумайте… — начала было Эмма, но Седрик перебил ее:
— «Чай в кабинет» — это у нас как закон, когда приезжают любимые сыновья. Психологически вполне объяснимо, а, доктор?
Доктор Куимпер, уплетая сандвичи и сдобу с откровенным удовольствием человека, которому обычно не хватает времени нормально поесть, отозвался:"
"— Психология — штука хорошая, но когда ею занимаются психологи.
— Жизнь врача, мое твердое мнение, — это пример благородства и самоотверженности, — сказала мисс Марпл.
— Видно, мало вы сталкивались с врачами, — сказал доктор Куимпер.









