— Наверное, именно поэтому ваши родители были к ней особенно снисходительны, — заметила мисс Марпл.
— Они ее больше любили, — сказала Милдред Стрэт. И добавила: — Для собственных родителей она была нежеланной, а вернее всего — она была незаконной, — и, помолчав, продолжила: — Это проявилось в Джине. Дурная наследственность всегда дает себя знать. Пусть Льюис исповедует какие угодно теории о влиянии среды, а яблочко от яблони недалеко падает. Вы только посмотрите на Джину!
— Джина — прелестная девушка, — сказала мисс Марпл.
— Но вы посмотрите, как она себя ведет! — воскликнула миссис Стрэт.
— Неужели он так ужасен?
— Ах, милая тетя Джейн! По-моему, он выглядит как настоящий гангстер. Угрюмый, грубый. Почти не раскрывает рта. И всегда такой неопрятный.
— Мне кажется, он несчастлив, — мягко сказала мисс Марпл.
— С чего бы? Причин у него для этого нет, не считая, конечно, поведения Джины.
— Боюсь, что времена изменились, и нам всем приходится с этим мириться, — сказала мисс Марпл. — Большие имения теперь содержать очень трудно. Вас, конечно, огорчает, что дом стал совсем не похож на дом вашего детства. А вы действительно предпочитаете жить здесь, а не… не где-нибудь… у себя?
Милдред Стрэт вспыхнула.
— В конце концов, мой дом здесь, — с нажимом произнесла она. — Это был дом моего отца. Уж этого-то никто не может отменить. Я имею право здесь жить, если захочу, и я хочу! Если бы только с мамой не было так трудно! Она даже не хочет купить себе приличной одежды.
— Я как раз хотела спросить у вас о мисс Беллевер."
"— О, наше счастье, что есть она! Маму она просто обожает. Она здесь уже давно, со времен Джонни Рестарика. Она так поддержала маму во время этой ужасной истории. Вы, вероятно, слышали, что он оставил маму. Связался с этой кошмарной дамочкой из Югославии. С этой развратницей, менявшей любовников как перчатки.









