Стефания взяла платье и вышла.
— Моя верная Стефания! — сказала Рут Ван-Райдок. — Служит у меня уже более тридцати лет. Единственная, кто знает, как я выгляжу на самом деле. Джейн, мне надо поговорить с тобой.
Мисс Марпл с готовностью пододвинулась ближе. В этой пышной спальне гостиничного номера люкс она смотрелась несколько странно. Однако и в своем несколько мешковатом черном костюме, с большой хозяйственной сумкой она выглядела настоящей леди.
— Я тревожусь, Джейн. За Керри-Луизу.
— За Керри-Луизу? — задумчиво переспросила мисс Марпл. Это имя перенесло ее на много лет назад.
Пансион для молодых девиц во Флоренции. Вот она сама — бело-розовая девочка, росшая под сенью провинциального английского собора. И вот сестры Мартин, американки, которые удивляют и привлекают эту английскую девочку необычным говором, живостью и непринужденностью поведения. Рут — высокая, энергичная, уверенная в себе. Керри-Луиза — миниатюрная, изящная, задумчивая.
— Когда ты с ней виделась в последний раз, Джейн?
— О, много лет назад, лет двадцать пять. Но мы, конечно, всегда пишем друг другу на Рождество."
"Странная вещь дружба! Юная Джейн Марпл и две американки.
Итак, с американкой Рут она виделась чаще, а Керри-Луизу, жившую в Англии, не видела уже более двадцати лет. Странно, но вполне объяснимо, потому что, когда друзья живут в одной стране, они не стремятся к встречам.
— Почему ты тревожишься о Керри-Луизе? — спросила мисс Марпл.
— Не знаю почему, и это как раз тревожит меня больше всего.
— Она болеет?
— Особенно крепкой она никогда не была. И я бы не сказала, что она чувствует себя хуже обычного. Стареет, конечно, как и все мы.









