Но я открыла глаза, только когда поняла, что выстрелов больше не будет. Все уже вышли в холл, принесли свечи. А потом зажегся свет, и все сразу стало как обычно… то есть не совсем как обычно, но мы опять были мы, а не какие-то странные люди в темноте. Ведь в темноте люди совсем другие, да?
— Мне кажется, я понимаю, о чем вы говорите, миссис Хармон.
Миссис Хармон улыбнулась."
"— Он лежал там, — сказала она, — и был так похож на ласку… такой розовый и удивленный… Он был совсем мертвый, а рядом валялся пистолет. Нам это показалось такой нелепостью…
Инспектору — тоже.
Глава 8
На сцену выходит мисс Марпл
Краддок положил на стол начальника отпечатанный на машинке текст допросов. Тот держал в руках телеграмму, только что полученную от швейцарской полиции.
— Выходит, в полиции он был на заметке, — сказал Райдесдейл. — Впрочем, я так и думал.
— Да, сэр.
— Подделка драгоценностей… та-ак… махинации с бухгалтерскими книгами… чеками… Полный прохвост.
— Да, сэр, мелкий жулик.
— Вот-вот. Но малое влечет за собой большое.
— Будем надеяться, сэр, что вы окажетесь правы.
Начальник полиции поднял глаза на подчиненного:
— Вы чем-то обеспокоены, Краддок?
— Да, сэр.
— Но чем? Все ясно как божий день. Или нет?… Посмотрим-ка, что нам расскажут свидетели.
Он придвинул к себе рапорт и быстро проглядел текст.
— Как обычно, масса несовпадений, противоречий. Воспоминания разных людей о стрессовой ситуации всегда разнятся. Но в целом картина ясна.
— Да, сэр, но не совсем. Я вам больше скажу: она неверна.
— Тогда обратимся к фактам. В пять часов двадцать минут Руди Шерц садится в автобус, отправляющийся из Меденхэма в Чиппинг-Клеорн, и прибывает туда в шесть часов.
— То есть принять психологические теории полковника Истербрука, — мрачно пошутил Краддок.
Райдесдейл улыбнулся:
— Но в конце концов, у полковника, должно быть, богатый опыт. Меня, правда, тошнит от модных ученых словечек, однако нельзя сбрасывать психологию со счетов.
— И все же у меня чувство, что картина неверна, сэр.









