12
0— А почему бы вам не купить заодно немного жевательной резинки или мятных лепешек?
— Я больше люблю шоколад, — ответила Меган, не заметив сарказма.
Она отправилась к торговому автомату, а я смотрел ей вслед, чувствуя растущее раздражение.
На ней были чрезмерно разношенные ботинки и толстые, темные носки, какие-то бесформенные свитер и юбка. Не знаю, почему все это привело меня в ярость, но тем не менее это было так.
Я смотрел на нее со злостью, пока она возвращалась.
— Почему вы носите такие жуткие носки?
Меган взглянула на меня, удивленная.
— Что с ними случилось?
— С ними случилось все сразу.
— Нормальный свитер, по-моему. Я его уже несколько лет ношу.
— Воображаю. А почему вы…
В эту минуту подошел поезд и прервал мою злобную лекцию.
Я вошел в пустой вагон первого класса, опустил окно и высунулся наружу, чтобы продолжить беседу.
Меган стояла напротив и меланхолично жевала шоколад. Она спросила, почему я такой сердитый.
— Я не сердитый, — ответил я лживо. — Просто меня приводит в бешенство ваша расхлябанность и то, что вы совсем не обращаете внимания на свою внешность.
— Я все равно не могу выглядеть красивой, так что какая разница?
— Прекратите! — рявкнул я. — Я хочу видеть вас одетой как следует. Я хочу взять вас в Лондон и обмундировать от галстука до туфель.
— Хотела бы я, чтобы вы это сделали, — заметила Меган.
Поезд тронулся. Я смотрел в расстроенное, грустное лицо Меган.
И вот тут, как я уже говорил, на меня напало безумие. Я распахнул дверь, схватил Меган за руку и резко втащил ее в вагон.
Носильщик, стоявший рядом, возмущенно завопил от такого нарушения правил, но все, что он мог сделать, — так это проворно захлопнуть дверь купе.
— С какой стати вы это сделали? — возмутилась она, потирая коленку.
— Заткнитесь, — сказал я. — Вы едете со мной в Лондон, а там я вам покажу, как вы можете выглядеть, если постараетесь. Мне надоело видеть, как вы слоняетесь по холмам и все такое.
— О! — воскликнула Меган восторженным шепотом.
По вагону проходил контролер, и я купил для Меган билет. Она уселась в углу купе, глядя на меня с благоговейным страхом.
— Я понимаю, — сказала она, когда контролер ушел. — Вы очень вспыльчивый, да?
— Очень, — ответил я. — Это у нас семейное.
Как объяснить Меган тот порыв, что одолел меня?.. Она выглядела печально, как собака, которую бросают. На ее лице и сейчас было выражение недоверчивой признательности — как у собаки, которую в конце концов взяли на прогулку.
— Я полагаю, вы не слишком хорошо знаете Лондон? — спросил я.
— Нет, я знаю, — откликнулась Меган. — Я всегда проезжала через Лондон в школу.
