10
0
— Я имею в виду, — насупив брови и считая петли, сказала мисс Марпл, — что многие люди кажутся мне ни плохими, ни хорошими, а, знаешь ли, просто глупыми.
Мистер Петерик снова откашлялся.
— По-моему, Реймонд, вы придаете слишком большое значение воображению, — заявил он. — Для нас, юристов, воображение слишком опасно. Оно может чересчур далеко завести. Факты, прежде всего объективные факты, — это единственный способ добиться успеха.
— Ба! — воскликнула Джойс, тряхнув головой. — Здесь я с вами не согласна. Я женщина, а у женщин есть интуиция, в которой отказано мужчинам. К тому же я еще и художница и замечаю вещи, которых вы не видите. Кроме того, как художник, я отлично разбираюсь в человеческой природе. Я знаю изнанку жизни так, как, возможно, не знает ее даже присутствующая здесь мисс Марпл.
— Я думаю, это не так, милая моя, — сказала мисс Марпл. — В провинции иногда случаются очень огорчительные вещи.
— Сейчас в моде подсмеиваться над священниками, — заметил доктор Пендер. — Но приходится выслушивать от людей разное, и нам известны такие стороны человеческого характера, которые для других — книга за семью печатями.
— Итак, — сказала Джойс, — наше собрание, оказывается, достаточно компетентно. Почему бы нам не основать клуб? Сегодня какой день? Вторник? Давайте же собираться раз в неделю, по вторникам, у мисс Марпл. Вечерний клуб «Вторник»! И каждый будет предлагать для обсуждения какую-нибудь загадку, загадочную историю, на которую он сам знает ответ. Сколько же нас тут? О, пятеро. Надо бы еще хотя бы одного![41]
— Вы забыли обо мне, милая, — широко улыбнулась мисс Марпл.
Джойс немного растерялась, но быстро нашлась:
— Это замечательно, мисс Марпл. Мне как-то в голову не пришло, что это вас может заинтересовать.
— Это же очень увлекательно, — сказала мисс Марпл. — Особенно в компании таких умных джентльменов. Боюсь, что я не обладаю достаточным интеллектом, но все же годы, проведенные в Сент-Мэри-Мид, позволили мне составить некоторое представление о человеческой природе.
— Несомненно, ваше участие будет весьма ценным, — уважительно заметил сэр Генри.
— Кому же начинать? — спросила Джойс.
— По счастью, среди нас столь достойный человек, как сэр Генри, — сказал доктор Пендер. — Какие же могут быть сомнения?.. — Он оставил фразу незаконченной, многозначительно поклонившись бывшему комиссару.
Сэр Генри помолчал, глубоко вздохнул, закинул ногу на ногу и начал:
— Пожалуй, нелегко подобрать случай, который представил бы для вас интерес. Но вот припоминаю один, который, по-моему, подойдет. Может быть, вам попадалось сообщение об этом деле в газетах год назад. О нем писали как о нераскрытом. Но так случилось, что несколько дней назад объяснение попало ко мне в руки. Факты очень просты.
