Вперед в прошлое 10

Поблизости не было кафе, а на рынке женщины продавали самодельные пирожные и торты на бумажных тарелочках, у них все было свежим — мне отчим показал это место, он часто там обедал — а рядом в ларьке продавали кофе и чай, мы пошли туда, а я был уверен, что Оксана Егоровна и правда поможет Лидии.

В полчаса Лидия не уложилась, и мы прождали ее еще десять минут. Вышла она потерянная, с длинным списком того, что ей нужно сделать для усыновления. Я протянул к нему руку.

— Можно взглянуть?

— Нет! — отрезала она. — Ты и так сильно нам помог, теперь это моя забота, нечего голову забивать.

— Все оказалось сложнее, чем мы думали, — сказал я.

— Я и не рассчитывала, что будет просто. Но за свое счастье надо бороться, и я буду бороться. — Лидия сложила листок вдвое и положила в сумку. — Оксана уверила, что наше дело не безнадежное, и с огромной вероятностью суд вынесет положительное решение. Но до того надо побегать, отвезти детей в детдома, где их документы, возможно, оставить там…

— Нет! — закричала Светка и затопала ногами.

— Никто никуда еще не едет.

— Вы большая молодец, — улыбнулся я, выгреб деньги из кармана и отдал Лидии, включая тысячу рублей. — Это вам.

— С ума сошел? — воскликнула она и попыталась вернуть деньги мне в карман, но я отпрыгнул.

— Нет уж. Возьмите, это честно сэкономленное.

— Я не могу! — настаивала Лидия.

— Выбросите, — улыбнулся я, отходя подальше.

— Нет! Мне отдайте! — вцепился в ее руку Ваня, и она сунула деньги в сумку.

— Ладно. Раз такое дело, пойдемте гулять по набережной? — предложила Лидия. — А то у меня голова взорвется, да и одичали мы совсем.

— Да! Гулять! — поддержала ее Светка, Ваня кивнул.

— Ты с нами? — обратилась Лидия ко мне.

— Нет, извините. Дел много — домой поеду.

— Удачи в делах, — рассеянно улыбнулась Лидия.

— Удачи, Пашка! — Светка обняла меня и отпрянула.

— Ты наш ангел-хранитель, — сказала Лидия и помахала напоследок, я поднял руку и зашагал на остановку, жалея, что Карп остался дома, теперь придется толкаться в салоне в час пик.

Насчет толкаться я ошибся, приуменьшил масштаб катастрофы. Ближайший рейс отменили, и спустя сорок минут я участвовал в штурме Зимнего. Пассажиры набились в «Икарус», как сельди в бочку, и меня прижали к ограждению на гармошке. Думал, кишки выдавят, пока доеду.

С каждой остановкой автобус пустел, и я выжил. Вылез на своей остановке потрепанным, но не сломленным. И тут же из темноты мне навстречу ринулись две тени. Тело действовало на рефлексах. Скользнуть в сторону, отбивая удар и уходя от ножа.