«Волкодав» из будущего

"

"Я разбил людей на десятки, можно сказать – отделения, во главе поставил офицеров.

– За мной – бегом!

Отвыкли бегать шоферы и прочий люд, только «чистильщики», которым приходилось часто на ногах обходить села, преследовать по лесу бандитов, бежали легко. Остальные топали, как слоны, пыхтели и медленно отставали.

Я, не зная городка, бежал впереди, ориентируясь больше на слух, к месту наиболее интенсивной перестрелки.

Только мы вывернули из темного переулка, как нарвались на автоматную очередь. По звуку – наш ППШ. Хорошо – никого не зацепило. Мы залегли.

Я крикнул в темноту:

– Эй, чего по своим стреляете, славяне?!

– А вы кто?

– Мы из СМЕРШа! Вы – ремонтники?

– Так точно.

– Не стреляйте, мы подойдем.

Поднялись, подошли к позициям ремонтников. Они уже успели отрыть мелкие окопы, укрываясь за деревьями.

– Простите, в темноте вас за немцев приняли. Они уже пытались прорваться по улице, да отпор получили. Думали – в обход пошли. Я – техник-лейтенант Кислицин.

– Капитан Колесников, со мной около взвода наших людей. Надо продержаться полчаса, скоро танкисты подойдут.

– Ну, полчаса продержимся. Плохо – гранат нет, только личное оружие. А у немцев – броневичок! Поливает издали из пулемета, сволочь. Я на рембазу сержанта с бойцом послал – там противотанковое ружье есть. Одно плохо – к нему всего два патрона было, что в магазине оставались. Сейчас пэтээрщики вернутся, и мы его успокоим, если снова выползет.

Ну что ж, ситуация мне понятна.

– Офицеры – старшие отделений, ко мне!

Я собрал офицеров и распределил отделения по укрытиям. Одно отделение заняло брошенный хозяевами двухэтажный дом. Двум другим отделениям я поручил закрепиться на улице и готовиться к отражению атаки.

Меж тем сержант и боец с рембазы притащили противотанковое ружье ПТРС – длиннющее, тяжеленное.

Я повернулся к лейтенанту Кислицину:

– Давай его в дом, на второй этаж. Оттуда видно дальше и сектор обстрела лучше. Лейтенант, у тебя кто-нибудь умеет стрелять из ружья?

– Сержант, который ружье принес, говорит, что приходилось стрелять из него – давно, правда, еще в сорок втором году.

И сам я, после некоторых раздумий, решил остаться в этом же доме.

– Лейтенанты Шабунин и Еремеев – за мной, будете связь с отделениями поддерживать.

Мы расположились на втором этаже, в одной комнате с расчетом противотанкового ружья, только у другого окна.

Надо заметить, что противотанковые ружья к концу войны встречались редко – изжили себя после 43-го года. Это в начале войны они проявили себя неплохо. К 43-му году немцы на устаревшие танки навесили экраны, а новые танки, вроде «тигра» или «пантеры» имели броню толстую, которая и не всякой пушке была по зубам, не то что ружью.