8
0Он интеллигент, хилый… Но Басмач-то наш, тоже из офицеров морпеха! Да с ним в спарринге больше трех минут никто не выдерживает! – Филин заблестел глазами: – Олег Иванович, поверьте, мы столкнулись с каким-то явлением!.. Нельзя к этому относиться просто так! У меня чувство, что мы прикоснулись к чему-то такому… Почему радиостанции накрылись? Приборы? А если и объект так же попал?
Савватеев лишь вздохнул:
– Представляешь, если я доложу руководству, что мы «прикоснулись к чему-то такому»? Каймака на пришельцев не списать… У нас еще остались две старухи. Надо с ними поработать. На вид обыкновенные деревенские бабульки, но и дедки тоже выглядели обыкновенно…
– Как – поработать? – насторожился диверсант.
– Ты же хотел поработать?
– И сейчас хочу!
– Я подсажу тебя к ним, в кочегарку. – Савватеев защелкнул дуги наручников на его запястьях. – В таком виде. А ты их сначала послушай, попробуй разговорить. Скажешь, помог бежать старикам, за это тебя арестовали…
Филин помолчал, опустив глаза.
– Если откровенно, товарищ полковник… Мне стыдно…
– Что?..
– Я не по этой части…
– Я тоже не по этой части! – внезапно для себя взорвался Савватеев. – А вынужден!.. Стыдно ему! Ты разведчик, диверсант!
Тот уже его не слушал, с интересом уставившись куда-то в сторону.
Савватеев оглянулся: от реки бежал возбужденный Тарантул.
– Там женщина причалила! – доложил он. – С двумя детьми! Грудными…
– Что значит – причалила?
– На лодке. Грибы привезла, четыре здоровые корзины. Карпенко спрашивает… Задержать?
– Погоди, я сам. – Савватеев встал. – А ты отведи Филина в кочегарку и запри. В наручниках!
Тарантул дернул плечами:
– Ни хрена себе… Но в кочегарке старухи сидят!
– С ними и запри, – сказал Савватеев. – А ты сиди там, думай и работай. Если хочешь в группе остаться.
У причала оказалась старая деревянная лодка с лопатными веслами, а на корме, прямо на широком сиденье, лежали дети грудного возраста, с головой запеленатые серыми одеяльцами. Их молоденькая мамаша в стареньком солдатском камуфляже и зеленой косынке поднималась на берег с двумя огромными корзинами грибов.
От вида свертков с младенцами вдруг вспомнился последний разговор с женой, и в душе поднялась неприятная мутная волна.
– Тебе помочь? – спросил Савватеев.
Женщина испуганно вскинула голову и шагнула назад.
– Меня Карпенко послал, – мгновенно сориентировался он. – Грибы принять.
– А-а, – протянула женщина недоверчиво. – А где он сам?
– К Баруздину поехал.
Эта фамилия была ей знакома, и все равно что-то настораживало молодую мамашу. Она хотела поставить корзины на косогор, но те клонились набок и мелкие грибы горохом сыпались в реку.
