13
0С пересохшей каменной баранкой у нее ничего не вышло, и тогда Ражный разломил несколько штук и, положив на тарелку, дал молоток.
– Чтоб зубы не сломала без привычки.
– Как все у тебя странно, – попыталась она еще раз завести светский разговор. – Будто на самом деле сектант… Или нет – монах! Аскетическая обстановка, суровая пища… Как ты спишь без постели, на досках? Твердо же… Я несколько ночей поспала на полу, в вагончике – бока заболели. И пища у тебя… очень вкусная. Только… Только запить бы…
Ражный молча зачерпнул из кадки кружку воды, поставил перед Милей.
– Это у тебя завтрак? Или… ужин?
– Ем, когда голоден…
– Я тоже! – засмеялась она. – В основном ягоды… В брошенных деревнях много малины. И одичавшие сады… Яблоки крупные, но очень кислые. Много грибов, да я в них не разбираюсь и боюсь отравиться… Оказывается, человеку так мало надо! И знаешь, мне нравится такая жизнь. Первый раз я ощутила свободу. Не ту, о которой все время говорят, спорят, – настоящую свободу. Я стала смеяться! Просто так, когда мне радостно.
– Придет зима – будешь плакать, стрекоза.
– Не буду! Я нашла вагончик, совсем целый. Вставила стекло и отремонтировала железную печку, – сообщила Миля с удовольствием и внутренней гордостью. – Сейчас заготавливаю хворост… Если бы у меня был топор!
– Я дам тебе топор, – пообещал он. – И нож.
Видимо, она решила, что разговорила Ражного, добилась его расположения.
– А скажешь? Откроешь тайну?.. Не давай ни топора, ни ножа – скажи! В чем смысл девственности? Почему природа так устроила?.. Зачем тебе непорочная дева?
– Чтобы продолжить род.
Миля попила воды и встала, осматриваясь: почти совсем рассвело и проявилось строгое убранство дома.
– Ну вот… Я снова начинаю думать, что ты сектант. Так серьезно относишься… к продолжению рода. Несовременно… И не хочешь открыть тайны.
– Ее нет. Никакой тайны нет! Все просто, и об этом знают… По крайней мере, еще недавно знали. Лет сто назад… Если не знали, то поступали интуитивно, по зову голоса родовой памяти. – Ражный убрал тарелку в шкаф, смел крошки со стола. – Или… по образу и подобию Божьему.
– Не понимаю… Пока ничего не понимаю!
– Почему Господь избрал девственницу Марию, чтобы родить своего Сына, Христа? Почему все пророки рождались от непорочных дев? А стали бы они пророками, будучи рожденными порчеными женщинами?
– Не знаю… Это сложно. Я не разбираюсь в религии, хотя в школе нам давали. – Она все больше смущалась. – Но никто так не ставил вопросов…
– Ты слышала, в некоторых племенах существовал обычай: вождь обладал правом первой ночи?
– Да! Конечно, слышала!
– Зачем это ему было нужно?
– Дикие обычаи, наверное… Пенки снимал.
– Работал! Заботился о здоровье своего племени.
