Вершитель

И еще отвлечься… Но, отверженные вирги, какие у нее губы! Она постоянно их облизывает, и одним этим бесит его. Словно не понимает, что он хочет сделать, видя кончик влажного розового языка! Хотя она действительно не понимает. Совершено неискушенная и неопытная, человек и жена брата. Стопроцентное попадание в его зону недозволенного.

Дагервуд усмехнулся про себя.

«Кровь и память». Когда-то это было выбито на родовом щите. Когда-то он верил в это. А сейчас?

А сейчас сидит в одной машине с той, на которую даже смотреть не должен, и жадно втягивает ее запах.

«Кровь и память, Вершитель», – напомнил он себе. Не стоит забывать.

Перед глазами промелькнули образы давно минувших дней, кровавых сражений и потерь.

Стало легче.

* * *Мы вернулись в особняк Дагервуда. Все дорогу мужчина молчал и о чем-то сосредоточенно думал. Мне казалось, что он злится, хотя по застывшему лицу и ледяным глазам ничего нельзя было сказать наверняка.

Да, я поехала с ним. Вряд ли у меня был выбор. К тому же, после истории с Алексом я просто боялась вновь куда-то бежать. Осознав, что этот мир не такой, как я всегда считала, я решила, что должна разобраться в нем. Понять хоть что-то, чтобы сориентироваться в хаосе происходящего. Я доверяла Рику, но он ушел, ничего не объяснив. Я не доверяла Дагервуду, но пока он был единственным, кто мог ответить на мои вопросы.

– Прежде чем вы зададите их, мне необходимо кое в чем убедиться, – отрывисто бросил Дагервуд, не глядя на меня. Я вздохнула. Может, он все-таки читает мысли? Если честно, меня бы это уже не удивило. Кажется, я скоро совсем разучусь удивляться.

– Конрад, – сказал в телефон Дагервуд. – Загляни ко мне. Сейчас.

Если невидимый собеседник и ответил, то я слов не услышала.

Ни переодеться, ни смыть кровь мне не дали. Стоило подъехать к дому, Дагервуд направился в кабинет, ясно давая понять, что мне стоит последовать за ним. У окна спиной к двери стоял мужчина, одетый во все черное. Его череп был лысым, на затылке, красовалось изображение открытого глаза, до жути реалистичное.

Он повернулся, коротко кивнул Дагервуду и уставился на меня. Лицо мужчины точно не было красивым, скорее породистым. Крупный нос с горбинкой, четко очерченные губы, светло-карие, почти желтые глаза, над которыми темнели густые брови.

Черная одежда добавляла мужчине строгости и даже некой готичности.

– Посмотри ее, Конрад, – потребовал Дагервуд.

– Что ты хочешь узнать?

– Все. Я хочу узнать о ней все.

Я возмущенно покосилась на мужчин, но они не сочли нужным отреагировать на мои взгляды. Конрад подошел ближе, всматриваясь мне в глаза.

– Я не позволю себя резать, – буркнула я.

Губы мужчины тронула слабая улыбка.

– Постараюсь обойтись без этого, – успокоил он.