Вершитель

А на ее лице застыло выражение «вот ваш кофе, господин, и возьмите меня всеми известными способами прямо сейчас, умоляю вас об этом!»

После увиденной картины любая нормальная среднестатистическая женщина должна пойти и удавиться от комплекса неполноценности. То же самое должен сделать любой мужик. От зависти к владельцу этого дома, этого кабинета и этой роскошной женщины.

Нервно сглотнула и попыталась отползти. О Боже, и я еще могла предполагать, что смогу хоть на миг его заинтересовать? Вот в этой серой бесформенной куртке, мешковатых штанах и армейских ботинках? С растянутой шапкой на голове? Да я просто чокнулась.

Отползла еще дальше и встала, чуть покачнувшись. Побрела к двери, подволакивая ноги от охватившей меня слабости. Плохая идея. Все это было плохой идеей. Я зря пришла в этот дом. И точно не дойду обратно. Я умру где-то на улицах этого города, умру от тьмы, а Рик скончается на больничной койке от неизвестной болезни. Он будет один и, если придет в себя, подумает, что я его бросила. Хотя вряд ли он поймет это. За последние две недели он ни разу не был в сознании.

Я тронула ручку двери, когда раздался голос.

– Сколько прошло времени с начала… его болезни?

– Пятнадцать дней, – я прохрипела это и медленно обернулась. Осмотрелась удивленно. Золотой богини в комнате не было, словно она просто испарилась. Беззвучно исчезла. Или просто вышла? Но почему я не услышала стука ее каблуков? Ее шпильками можно было проткнуть гранит, она не могла уйти так тихо!

Однако в кабинете были лишь хозяин дома и я.

Дагервуд потягивал кофе и смотрел на меня. Тень надежды снова шевельнулась внутри. Мужчина сделал глоток, рассматривая мою одежду и фигуру.

– Что вы можете мне предложить, Виктория? – сухо произнес он. – За мою помощь?

– Я уже сказала… Все, что вы… захотите. Назовите сумму, я ее оплачу. Не сразу… Но я готова выплачивать хоть всю жизнь.

– Год, – равнодушно произнес он. – Год вы будете в полном моем распоряжении.

Я сжала ладони до боли, до полукруглых следов от ногтей на коже. Хотелось спросить, для чего ему целый год. Возможно, меня тоже нарядят в туфли и цепочку и заставят в таком виде прислуживать?

– Вряд ли вы годитесь для подобной деятельности, – усмехнулся Дагервуд, словно прочитал мои мысли. Он вдавил на столе кнопку звонка и вновь склонился над бумагами. – Вас проводят в вашу комнату.

– Мою комнату? – изумилась я.

Он поднял голову.

– Ваше время началось, Виктория. В тот момент, когда вы вошли в эту дверь. Можете отметить в календаре.

– Вряд ли я это забуду, – пробормотала, выходя вслед за открывшим дверь дворецким. Или как там называется этот мужик в ливрее? На пороге не выдержала и обернулась.

– А как же…?

– Он будет жить, – не глядя на меня, бросил мужчина.

– Но…

– Я знаю, где он. Идите.