4
0
Она была рада ему и скучала, если не видела долго.
Но… если бы он исчез из ее жизни сейчас, жизнь бы ее особенно не изменилась, потому что в конце концов человек привыкает к своему одиночеству и к своей ненужности. И даже смиряется с этим.
После отъезда внучки Янина Васильевна совсем сдала. На улицу выходить не хотела, есть не хотела, телевизор смотрела без звука.
Однажды спросила:
– А почему ты ко мне не переезжаешь, Лора?
– Мам, а зачем? Мы же отвыкли друг от друга. Будем раздражаться, злобиться. Ругаться на пустом месте, нервы друг другу трепать.
О дочери она узнавала от Янины Васильевны – Катька звонила бабушке каждую неделю. Лоре – никогда. Только передавала привет.
– У нее все хорошо? – осведомлялась Лора. – Ну, и слава богу!
Янина Васильевна умерла через полтора года после отъезда внучки. Катька приехала на похороны одна.
– А где муж? – спросила Лора.
– Работает, – ответила дочь и отвела глаза.
Спустя два дня после похорон Катька уехала. Позвонила Лоре и сказала:
– Сегодня улетаю.
– Как же так? – растерялась Лора. – Даже не попрощались! И не пообщались, не потрепались толком! Ничего ты про себя не рассказала!
– Слушай, – резко ответила дочь, – а тебе это вообще надо?
– Что – «это»? – не поняла Лора.
– Ну, пообщаться, потрепаться, обсудить.
– Какая ты… – обиделась Лора. – И что плохого я тебе сделала?
– Ты лучше вспомни про хорошее, – посоветовала Катя, – если получится. Телефон мой ты знаешь. Почту тоже. Если что – звони. – И она повесила трубку.
Через две недели Лора уволилась с работы и перебралась на Грузинку.
Лора терялась в стометровых просторах – отвыкла. Как будто и не жила «как человек». И потолки казались слишком высокими, и окна слишком большими.
Приехал Володька и все оценил:"
"– Ну, мать, ты теперь мильонщица! За такую хату дадут безумные деньги! Продай, купи поменьше и сделай хороший ремонт!
– Посмотрим, – сдержанно ответила Лора.
– Слушай, – смущенно кашлянул Володька, – а твоя хата в Теплом Стане… Ну, какие мысли?
– В смысле? – не поняла она.
Он растерялся еще больше:
– Ну, сдавать там или продавать – будешь?
Лора пожала плечами:
– Буду. Наверное. Сдавать – скорее всего. Пока не знаю.
Володька помолчал и, сделав глубокий вздох, произнес:
– Ты прости меня за наглость… А если туда заселить моих? Ну, старших? Маринку с мужем и Филькой? Много платить они не смогут – этот болван опять без работы.
